— Ну, спасибо вам товарищ капитан — улыбнулся Алексей на прощание капитану пожимая руку и выскочил из УАЗа прямо под проливной ливень. Белая рубашка от зоной жары и резкого дождя промокла и прилепала к телу, а с головы стекали ручьи. Подбежав к Михалычу Алексей отдал инструменты:
— Держи Михалыч, достал я… — из последних сил держался на ногах Алексей. Михалыч ещё пять минут возился с машиной, постукивая то тут то там.
— Помочь может чем? — показалась фигура участкового.
— Да вы лучше товарищ капитан смотрите за заключённым, сейчас ещё убежит ненароком. И точно в ту секунду, Головин открыл заднюю дверь и вперёд по дороге неуклюже убегая от правосудия. Дождь хлестал его по лицу и ветер сбивал с ног и не в силах больше бежать Головин бессильно упал на колени и рыдал перечитая. Рядом прикрывшись курткой подошёл Алексей:
— Вот что тебе скажу Иван Степанович, убежать ты конечно можешь, но от себя долго ли бегать станешь? Человек начинает жить тогда, когда начинает борьбу вокруг себя, борьбу за справедливость. И для него не пустой звук это слово. Много врагов он наживает, ненависть в них искренняя боятся и уважают. А Вы что же? Обложили рабочих, что те и слова поперёк не скажи. Нет. Так дело не пойдет… Ежели одному дай волю воровать, самому мелкому прорабу или начальнику какому, всё будут и будут воровать без конца — Алексей закончил и ушёл к машине. Головин так и остался сидеть под проливным дождем, перед дорогой на которую несли грузовики гравий и песок.
