- Он вводит в подсознание людей специальные команды, чем изменяет их желания и устремления. Им кажется, что они все делают правильно, и хотят именно этого. Он должен отменить эти команды. - Она заколебалась и убрала упавшие ей на лице волосы. - Он должен сам и освободить.
- Я возьму его за горло и заставлю это сделать. Или ему придется расстаться с жизнью. Селена поежилась.
- Как ты сможешь до него добраться? Подле него всегда Джон или кто-нибудь из охранников.
- А у тебя в комнате? Селена покраснела.
- Да, сюда он придет один.
- Когда?
- Я думаю, сегодня.
- Тогда я подожду.
- Но, Дрэйк, это опасно! Если он позовет на помощь? Или Джон будет ждать в коридоре? Одно его слово - ив моей комнате будет полно охранников, готовых убить тебя по первой команде.
- Все равно. Селена, нужно попробовать. Если так продлится еще хоть немного, весь остров окажется в его власти и тогда добраться до него будет и впрямь невозможно. Сейчас ты - последний мостик между этими людьми и свободой. - Его голос стал хриплым. - Если, конечно, он еще не взял над тобой верх.
- Ты имеешь в виду, если он меня не загипнотизировал, как остальных?
- Да. - Он не говорил этого, потому что боялся даже подумать об этом. Вполне возможно, что она уже во власти Доминика. Сейчас он мог быть в ловушке, приманкой в которой служила Селена. И когда он бросится на француза, на него навалится дюжина вооруженных молодцев. Но все равно, это - шанс, которым он не мог не воспользоваться. Селена, Джой Мари и Джимми были его семьей, и он будет за них стоять насмерть.
- Нет, Дрэйк, этого ему не удалось. Я была осторожна. Я вела себя так, чтобы он подумал, будто я уже в его власти, но на самом деле это не так. Можешь мне верить.
- Селена, если бы он это сделал, ты бы об этом не узнала.
- Нет, узнала бы.
- Ладно. - Он крепче прижал ее к себе. - Поговорим об этом потом. А сейчас нам нужно приготовиться к встрече Доминика. Она кивнула.
- Если он явится на рассвете и позовет охранников, то выбраться отсюда шансов у меня почти нет.
- Мы постараемся, чтобы он этого не сделал. - Она выпрямилась и посмотрела ему в глаза. - Густав меня хочет. Он придет, чтобы овладеть мною. - Ее передернуло. - Когда я его обниму, появишься ты и схватишь его. Потом мы с ним поговорим.
- Я не хочу, чтобы он к тебе прикасался.
- Сейчас не имеет значения, чего мы хотим. Мы должны положить конец его дьявольской власти и сделаем это.
- Селена, Доминик намного опаснее, чем кажется.
- Что ты имеешь в виду? - У нее перехватило дыхание.
- Чем большую власть он приобретает на Мартинике, тем несдержаннее становится. Он не холодный и терпеливый, каким прикидывается. Недавно он до смерти забил кнутом человека за то, что тот недостаточно быстро бросился выполнять его приказ.
- Дрэйк, откуда ты это узнал?
- Это видела Жозефина. Она говорит, что кнутом он бил людей и раньше, но до такого дело еще не доходило. Скольких еще он погубил или сделал несчастным, добиваясь власти и денег.
Селена поежилась.
- А притворяется вежливым, культурным человеком.
- Вот именно, только притворяется. И мы должны положить этому конец. - Он огляделся. - Я спрячусь в ванной.
- А я немного приберусь.
- Думаешь, он может заметить, что здесь до него был другой мужчина? - Взяв кобуру, Дрэйк провернул "45" и собрал одежду.
- Да. Я так думаю. - Она встала. - Тебе лучше спрятаться прямо сейчас. Кто знает, когда он придет.
- Хорошо.
Глава 21
Селена лежала в постели. Простыня, которую она застирала, была немного влажной, и это снова напомнило ей о Дрэйке. Она не жалела о случившемся, зная, что Дрэйк ей необходим. Сколько же еще будет действовать ее приворотное зелье? Она не знала, но верила, что между Джой Мари и Дрэйком ничего не было.
Но надо остановить Густава. Ради спасения своей шкуры француз готов на все. Пока Густав еще очень могуществен и может добиться чего угодно. У нее уже была возможность убедиться в действенности его гипноза. Тогда потребовалась вся ее воля, чтобы не подчиниться и не потерять над собой контроль. Дрэйк, правда, допускает, что она все же стала пешкой в игре Густава. Может быть, он прав? Поежившись, она заставила себя не думать об этом.
Но когда же придет Густав? А что, если сегодня он не придет вообще? Что, если все это - ловушка? Нет. Она не хотела в это верить. Чтобы отвлечься, потрогала гладкий шелк своей ночной рубашки. Захотелось, чтобы ткань была толстой и надежной. Но она должна быть послушной, сделать вид, что ждала его, и вести себя как всегда.
Любовные снадобья. Как только она могла впутаться в эту историю? Роза все понимала с самого начала и предостерегала ее. Вдруг она почувствовала ностальгию по своей аптеке, по улице Декатур в Новом Орлеане, по запаху кофе и горячих пирожков в кафе "Де Мондье". На глаза навернулись слезы. Сколько же можно оставаться на Мартинике? Почему она решилась уехать от того, что ей так дорого и близко?
