— Дело чести каждого командира и политработника, — подчеркнул я, — каждого партийного и комсомольского активиста — проявлять постоянную заботу о бойцах. К сожалению, кое-где этой заботы явно не хватает. Немало красноармейцев страдают сейчас от потертостей ног, разъеденных сивашской водой. Иные из них бинтуют эти потертости не чистыми бинтами, а мешковиной. Почему? Да потому, что в медсанбатах живут не сегодняшним днем, а ожиданием будущего. То есть наступления. Но ведь успех будущего боя куется уже сегодня, сейчас.
— Правильно! — поддержал кто-то меня.
— Недостатков еще много. Порой и мелочных, но... Вот, к примеру, табак выдали, а закурить боец не может... бумаги нет... — перебивают меня с места.
— Бумагу-то найти можно, — возразили говорившему. — Газет приходит достаточно. После прочтения их можно и на курево использовать. А вот насчет потертостей у бойцов — это уже серьезно... [74]
Словом, на совещании говорили обо всем, что нас тревожило и волновало. К примеру, бойцы не получили горячего чая. Причина? Ссылаются на то, что, дескать, транспорт с водой разбили на переправе. Проверяем. Переправа работает исправно, подобного случая не было.
Желая положить конец неурядицам солдатского быта, мы с комкором тут же, на совещании, потребовали от командиров и политработников всех степеней взять под личный контроль все вопросы обеспечения бойцов переднего края. Распорядились, чтобы медсанбаты каждодневно заботились о личной гигиене красноармейцев. Даже приказали завтра же направить на передовую парикмахеров.
Совещание завершило выступление генерала Зяблицына.
— Не каждой армии, — сказал, в частности, он, — выпадает подобное — освобождать места, где она когда-то формировалась. Нам это выпало. Вот почему Военный совет армии принял решение подготовить даже специальное обращение к войскам. Текст его здесь, со мной. Послушайте, что в нем говорится... — И начпоарм, подсвечивая себе фонариком, начал читать:
«Товарищи бойцы и командиры!
Вы прошли славный путь от Сталинграда до низовьев Днепра. Вы прорвали сильнейшие укрепления вражеской обороны на Миусе и реке Молочная, где разгромили кадровые фашистские дивизии. Теперь перед вами наша Родина поставила новую задачу: освободить Крым — важнейшую военно-морскую базу на Черном море, благодатнейший и красивейший уголок нашей страны, всесоюзную здравницу...
Довольно врагам издеваться над мирным населением нашего Крыма! Настал для них час расплаты. Мы стоим на Перекопе, за Сивашом, а наши товарищи ведут наступление с Керченского полуострова. Гитлеровцам нет выхода из Крыма. Здесь мы устроим им второй Сталинград. Взламывая вражескую оборону, действуйте решительно и смело. День и ночь преследуйте врага и не давайте ему закрепляться на промежуточных рубежах. Умелыми и смелыми маневрами режьте его коммуникации. Окружайте и дробите войска противника. Уничтожайте и захватывайте его живую силу и технику. Военный совех [75] уверен, что вы с честью выполните поставленные перед вами задачи...
За нашу любимую Родину, за советский солнечный Крым — вперед, на разгром врага!
Смерть фашистским захватчикам!»
...Обращение было выслушано с большим вниманием. А назавтра о нем уже знали все бойцы и командиры плацдарма.
* * *
Выступление на совещании ротного парторга сержанта Н. Федорова тоже немедленно стало достоянием гласности. Оно побудило и других партийных вожаков подразделений следовать в своей деятельности примеру передового активиста. Кроме того, в полках состоялись инструктажи секретарей низовых парторганизаций, их заместителей и агитаторов подразделений. На них обсуждались наиболее эффективные формы и методы работы коммунистов в боевых условиях, вопрос рациональной расстановки партийных сил в отделениях, экипажах, расчетах, взводах, ротах и батареях.
Обращалось внимание и на то, что партийное воздействие на личный состав в ходе прорыва вражеской обороны и при ведении боя в ее глубине должно отличаться большей гибкостью, оперативностью, предельной точностью призывов и опираться главным образом на личный пример активистов.
А между тем подготовка к предстоящему наступлению продолжалась и по другим направлениям. Шло интенсивное снабжение войск боеприпасами, продовольствием, медикаментами. И завоз всего этого на плацдарм зависел, естественно, от четкой работы переправ. Поэтому-то еще одним из объектов пристального внимания политработников частей и соединений были тыловые коммуникации: дороги, мосты, паромы.
На трассах движения транспорта постоянно находились и представители политического отдела корпуса. Здесь они разъясняли водителям машин, ездовым конных повозок, сколь важен их труд, призывали работать с полной отдачей сил, увеличивать число рейсов через «гнилое море», предельно использовать грузоподъемность машин и повозок. И если случалось, что кто-то из водителей ехал налегке, политотдельцы, а также комендантские посты [76] тут же задерживали его, требуя загрузить машину попутным грузом.
