Свинец всем видом давал понять, что больше повторять не будет. И очень сильно разозлится, если снова услышит неправильный ответ. А разозлиться он мог с летальным для собеседника исходом, и Глушков это понимал. Хотя и не знал, кто перед ним стоит. Судя по виду, не знал.
— Муж Зои!
— Бывший муж! — поспешила уточнить Зоя.
И снова спряталась за спину Макса.
— Зачем ты здесь? — спросил Свинец, не поворачивая к ним головы.
— Жену забираю!
— Зачем?
— Как это зачем? Зоя — моя жена, я не могу ее потерять… А вы кто такой? Почему вы устраиваете мне допрос?
— Я Свинец!
— Кто?! — Глеб дернулся, как будто Нефедов влепил ему кулаком в «солнышко».
И побледнел, как будто тот же Нефедов в один миг высосал из него всю кровь.
— И я пришел за Зоей, — наслаждаясь замешательством жертвы, произнес Свинцов. — Чтобы ее убить. Ты можешь ее защитить?
— Ну, я должен… — жалко пробормотал Глеб.
— Ты будешь ее защищать? — Свинец не сводил с него глаз.
— Но вы не можете…
— Ты будешь ее защищать? — головорез усилил нажим.
Защитить Зою сейчас мог только Макс, но бандиты не хватались за оружие, ситуация пока под его полным контролем. Но выстрелить он мог в любое мгновение, хотя Свинцов упорно не хотел этого замечать.
— Э-э, у меня дети, — проблеял Глушков.
— Пошел вон отсюда!
Свинцов сдал в сторону, Глеб ужом проскользнул мимо него, спиной прижимаясь к дверному косяку. Кличка «Свинец» в городе у всех на слуху. Глушков, конечно же, понимал, что его жизнь висит на волоске, поэтому даже не коснулся бандита.
Он исчез, а Свинцов повернулся к Максу.
— Ну вот видишь, какой у тебя муж! — Он смотрел на него, а обращался к Зое. — Натуральное чмо!..
— Что вам надо? — хныкающим голосом спросила она.
— Макс не такой?
— Макс тебе сейчас башку прострелит! — пригрозил Колодин.
— За что? — удивленно и даже с обидой повел бровью Свинец. — Не собираюсь я убивать твою Зою… Она же никогда не слышала мой голос, да?
— Нет!
Зоя испугалась, пошла на компромисс, Макс и не думал, что может одобрить ее такое поведение. Но ведь она поступила правильно. Нельзя ей идти против Свинцова. Ему можно, ей нельзя. Никому нельзя. Потому что эта мразь не знает пощады. И если не убьет сейчас, обязательно сделает это потом.
— Вот и я вижу ее впервые, — не зло, но все-таки с издевкой усмехнулся Свинцов.
— Зоя никому ничего не скажет, — твердо произнес Макс.
И он готов был отложить на потом выяснение отношений со Свинцом, лишь бы только с Зоей ничего не случилось.
— И моя Лера никому ничего не скажет, — скривил губы бандит.
— Что с ней? — не смог промолчать Макс.
Он не знал, куда делась Чаплыгина, может, сбежала от него, может, Свинец ее забрал. Звонил соседке, Варвара Федоровна сказала, что никого не видела, никто не шумел, но это не аргумент.
— Ничего. Но это нечестно давить на жену, чтобы она сдала своего мужа.
— Я оставлю в покое твою жену, — пообещал Макс.
— И подписку порвешь? О сотрудничестве? — Свинец внимательно смотрел на него.
— Не было никакой подписки. Лера твоя ничего не сказала.
— Ну, может, оговорилась слегка?
— Может, и оговорилась…
— Это простительно. Пусть живет. И Зоя твоя пусть живет… Может, съездит к ней как-нибудь, прическу ей сделать. И меня подстрижет.
— Не зли меня! — жестко потребовал Макс.
Свинец хотел усмехнуться, дескать, не испугал, но губы лишь нервно дрогнули. Макс ведь не шутил, ничто не мешало нажать на спусковой крючок. Свинец ворвался к ним в дом, угрожает, к тому же на нем гора трупов, и еще у него наверняка под пиджаком ствол или пистолет. Макс имел полное право уложить и его, и Нефедова. Жаль, Глушков знает, что Свинец всего лишь вломился в дом, но ни на кого не нападал. Вроде как с миром пришел… Глушков пойдет на все, чтобы навредить Максу.
— Ревнуешь?
— Ты можешь говорить все что хочешь, Свинцов. Но я знаю, кто ты такой. И ты знаешь, как я к тебе отношусь.
— Но сейчас ты ничего не можешь со мной поделать. А я могу. С тобой. И с Зоей. Но я не буду!.. А зачем? Ты забываешь обо мне — я забываю о Зое!.. Давай не будем пугать друг друга. Договорились и расход!.. Договорились?
Увы, но силы слишком неравны, Свинец мог все, Макс — ничего. А на кону ни много ни мало жизнь Зои. Нужно соглашаться. Но Макс не смог заставить себя сказать «да».
Впрочем, Свинец сделал вывод и без того. И вывод, в общем-то, правильный.
— Договорились! — надменно сказал Колодин.
Макс смотрел ему прямо в глаза, не собирался он склоняться перед ним, но руку с пистолетом опустил. Да, жизнь Зои дороже, чем свобода Геннадьева. А смерть Кашкановой пусть остается на совести ее бывшего мужа. И на совести большого начальства, его покрывающего… Хотя, конечно, Макс будет сожалеть о своей беспомощности перед Свинцом.
— Ну вот и хорошо… Может, чаем угостишь, хозяюшка? — развеселился Свинец.
