Они родные. У них нет имён, только родство и родственные роли. Они вместе встречают и празднуют Новый год.Он восьмилетний мальчик, испытывающий сильную привязанность к маме, из-за чего родные, включая отца, считают его маменькиным сынком. Когда отец начнёт пить, а мама тяжело заболеет, семейные узы порвутся. Девятнадцатилетним юношей он найдёт веру, чтобы удержатся на краю. Ему предстоит повзрослеть и понять, что родные способны обмануть, сделать больно и даже вычеркнуть из жизни.Он постарается наладить некогда прерванное общение и доказать родным, кто он есть на самом деле. Но родные ли они ещё?
Для большинства жителей нашей страны встреча Нового года является самым любимым и, что примечательно, самым семейным праздником. Когда дома за общим столом собираются родные или близкие друг другу люди, весело провожают год уходящий и встречают новый. Я в этом отношении никогда не являлся исключением.
С того момента, как помню себя, каждый год 31 декабря я с родителями приходил встречать Новый год к бабушке и деду, родителям моего отца.
С маминой стороны, мои вторые дед и бабушка жили в другом городе, и виделись мы в основном летом, когда приезжали к ним погостить в мамин отпуск.
Кроме нас, встречать следующий год приходили моя тётя – младшая сестра отца с мужем и дочкой, моей двоюродной сестрой, которая была на полгода старше меня, а также из соседнего города обычно приезжал мой дядя – средний брат отца.
Родители отца жили в трехкомнатной квартире типовой пятиэтажной хрущёвки. Я же с родителями проживал в малосемейном общежитии, где у нас были две небольшие комнаты, одна из которых наполовину служила кухней, и свой санузел. С точки зрения вместимости и удобства размещения всех встречающих, квартира деда и бабушки, как нельзя, лучше подходила для празднования, являясь родным гнездом для отца и его брата с сестрой.
1992 год близился к завершению, а я оканчивал первое полугодие первого класса общеобразовательной школы. За неделю до нового года, в выходной день мы с родителями пришли к деду и бабушке, куда также подтянулись мои тётя и сестра. Первым поводом для семейной сходки было обсуждение и составление праздничного меню, а также распределение обязанностей, кто и что возьмёт на себя для приготовления. По понятной причине, бабушка назначила себя ответственной за горячее. Остальным присутствующим достались салаты и закуски.
Вторым поводом стала ёлка, которую нам с сестрой доверили украсить. Войдя в большую комнату, за окном на балконе, мы увидели зелёные хвойные лапы, плотно заслонявшие большую часть оконного проёма. Нам сразу захотелось, как следует, рассмотреть ёлочные игрушки, которые мы стали искать глазами, кидая взоры по разным сторонам. Дед, щелкнув шпингалетами, открыл балконную дверь и втащил пушистую ель в комнату.
– Путь постоит немного в тепле, согреется. Игрушки в этой антресоли, – показывая пальцем на шкаф, произнес дед. – Вы пока идите чай пить. Бабушка колобки испекла!
Я и сестра пошли на кухню, где все дружно чаёвничали и что-то бурно обсуждали. За то время пока мы пили чай с колобками и грели свои уши за столом, дед поставил ёлку в большую банку, по-хитрому закреплённую толстой проволокой между ножками перевернутого табурета. Войдя в комнату, я почувствовал запах еловой хвои и смолы, который сразу создавал ощущение праздника. Мы достали из антресоли коробку с ёлочными украшениями и стали разглядывать игрушки, бусы и гирлянды. Некоторые из них выглядели достаточно истрёпанными и, очевидно, висели на ёлках во времена, когда наши родители были такого же возраста, как я и сестра. Наряжая новогоднюю ель, мы настолько увлеклись этим делом, что совершенно не услышали, как в дверь позвонили.
Ещё одной причиной для нашего прихода сюда, ожидаемой с нетерпением больше всего, была новость о появлении в доме щенка. Возвращаясь домой, отец сестры заприметил в котельной, возле работы, троих щенков, недавно появившихся на свет, и предложил принести одного из них бабушке и деду. Дед давно подумывал о том, чтобы взять себе собаку и ездить с ней в лес или на дачу.
Услышав доносившиеся из прихожей оживление и суету, мы с сестрой сразу оставили ёлку и выбежали из комнаты на шум. Возле входной двери стоял отец сестры, из-за пазухи которого на нас смотрела щенячья мордочка. Мы тут же бросились разглядывать и гладить щенка, который весь был в угольной пыли и походил на чёрный мохнатый клубок с маленькими искрящимися глазами. Незамедлительно взяв щенка под свою опеку, вместе с бабушкой, мы аккуратно отмыли его, а затем накормив тёплым молоком, положили возле батареи на одеяло, где он сразу уснул слегка поскуливая. Так в доме деда и бабушки появился ещё один встречающий новый год, который на деле оказался пепельно-серого окраса с чёрными кончиками ушей.
Наступило 31 декабря. Закончив работу, родители пришли домой, и начались приготовления к встрече нового года. К девяти вечера с салатами и закусками мы приехали к деду и бабушке. В их доме уже гостил мой дядя, который, как мы поняли, на этот раз приехал не один, а со своей невестой, чтобы представить её родителями и всем нам. Чуть позже подъехали моя тётка с мужем и сестрой. Семья была в сборе.
В углу большой комнаты разноцветными лампочками сияла украшенная ёлка, а по центру стоял большой праздничный стол, на который приземлялись, проплывающие украшенные блюда, мандарины и конфеты. Щенок лежал под столом с дедушкиной тапкой и пытался разгрызть её своими маленькими зубами.
