Берег моря становился все выше. И вопрос с рыбалкой и добычей моллюсков отпал сам собой. Найти пропитание в лесу цивилизованному человеку, без оружия и оснащения, еще сложнее. Но какие-то ягоды, орехи и грибы находили.
Когда выпал первый снег, начали искать место для зимовки. И тогда же появились первые признаки разделения, так сказать, по сословию. А дальше уйти или убежать никто уже не смог. Пришлось принимать навязанные правила. Кто был против – того ждала смерть или в когтях хищников, или от мороза.
Собственно, почему ослабели и перешли в статус рабов эти парни – они просто не имели теплой одежды для охоты. Получался замкнутых круг. Кто ходил с Семеном, добывал зверя. Охотники имели право на лучшие куски и шкуру. Остальные в это время слабели и недоедали. Женщин сразу поделила верхушка. Те сопротивляться тоже не могли.
Повезло, что животных в этом времени очень много. Обретя некоторый опыт, охотники стали приносить столько тушек, что вскоре голод отошел на задний план. У всех наконец появилась одежда. Летом снова отправились в поход, таща за собой шлюпку и припасы. Встреченные водные преграды преодолевали небольшими партиями.
К концу второго лета вышли на небольшую равнину. И вот тут группе не повезло. Они столкнулись с кочующим племенем неандертальцев. Какие-то копья и каменные топоры, безусловно, уже имелись как у мужчин, так и у женщин. Но на стороне неандертальцев была необузданная первобытная сила. Тем не менее, «семеновцы» выдержали и обратили врага в бегство.
Только четверо (включая одну женщину) погибли во время схватки. А одного тяжелораненого Семен лично прирезал. Но больше всего пострадала во время боя шлюпка. Отчего-то вся агрессия первобытных была направлена на этот странный объект. Повезло, что Семен сразу приказал перевернуть шлюпку, соорудив что-то вроде защитного барьера.
Шкуры и прочие ценности из шлюпки выгрузили и ею стали прикрываться от камней и копий неандертальцев. Численное преимущество было на стороне дикарей. И трудно сказать, чем бы закончился бой, если бы противоположная сторона не потратила столько сил на «убиение» странного чудовища. Шлюпку успешно пробили в нескольких местах. Но и ответные меры последовали. Кое-какие луки у группы Семена были. Такое оружие имело одно преимущество – не нужно подходить к врагу вплотную. В общем, неприятеля обратили в бегство, а сами начали подсчитывать потери.
– Дикари же не умеют плавать, – пояснял нам Иван. – Для них реки непреодолимое препятствие. Потому мы поспешили добраться до реки и переправиться на бревнах.
– А зимой по льду они что, не пройдут? – не понял я.
– Кто ж зимой в мороз пойдет искать новое место для стойбища? – с недоумением посмотрел на меня Иван.
Когда группа отошла подальше от земель, где обитали дикари, первым стал вопрос о дальнейшем продвижении. Собственно, дальше они пришли к тому же выводу, что и мы: нужно сделать большое плавательное средство для путешествия по морю.
Оказывается, мы застали чуть ли не первое пробное плавание «аргонавтов». Они только примерялись, как им управлять кораблем, и какие возможности оно имеет, когда появились мы, такие красивые, и под парусами.
Проболтали мы с парнями до середины ночи. Но с утра подхватились быстро. Бывшие рабы не привыкли долго прохлаждаться. Только услышали сигнал со стороны кухни, как тут же подскочили, испуганно озираясь.
– Это Людмила стучит по специальной железке, которую мы используем вместо колокола, – оторвал я голову от подушки.
– Да? У нас тоже стучали по старому ведру, но при возникновении опасности, – пояснил свое волнение Иван.
– Вы же видели наши ограждения? Территория поселка закрыта от возможных хищников, – успокоил я. – Давайте лучше поторопимся с умыванием. А то Людмила не любит, когда народ долго собирается за столом.
– Думаю, что сегодня она не будет против, – отозвалась Катерина. - Больше тридцати человек за стол не сядут.
Собственно, то же самое сказала наша штатная повариха.
– Макс, ты давай перебирайся со своими заготовками выше по реке, – предложил Денис. – Мы под навес продлим столы и лавки. А еще нам нужен детский сад. Алексей Иванович обещал присматривать за малышней, пока женщины будут заняты чем-то другим.
– Только вы мне какой-нибудь невысокий заборчик сделайте, – попросил старый учитель. – Зрение у меня уже не то. Боюсь, разбегутся детки. – И, словив от меня укоризненный взгляд, уточнил: – Когда окрепнут.
– Максимке такой загон точно пойдет на пользу, – подключилась Инна. – Пару дней назад еле успела поймать его, когда он к водяному колесу направился.
В этот день заниматься заготовкой бруса у меня не получилось. Вначале мы перетаскивали запасы бревен. Потом ставили новый навес, делали «загон» для детворы и удлиняли столовую. Но поскольку в работе принимали участие все мужчины, то управились быстро.
