Берут использованный банный веник, обвязывают ручку веревкой, несут в березовый околок и там подвешивают на березу, но так, чтобы никто не видел. Обходят эту березу трижды и читают возле нее заговор, а затем уходят, не оглядываясь, и ни с кем не разговаривают, пока не переступят порог своего дома. Если же на обратном пути услышите собачий лай, то все нужно будет переделать.
Заговор такой:
Мать растит доченьку. Себя не оденет, не обует, все своей милой красавице. Нежит, пока на своих руках дитятко милое. И идет-то она плавней, и смеется звонче подруг. Пусть часок поспит лишний, еще наработается. Какая еще жизнь замужем будет? Какие еще детки у нее родятся? А то всю вымотают. Соберет мать дочь под венец, глаз с нее на свадьбе не спускает. Кровинушка ты моя!
Зятю угождает, мужа так не задабривает. Все для них: и деньжат украдкой даст, и из холодильника лучший кусок.
И вдруг, ни с того ни с сего, одним разом зять любимый под корень доченьку рубит: уходит. Не мила, постыла, да и дети не нужны. А она к матери – вспомнит, куда бежать, когда тяжело. Не могу жить без него – умру.
И не поймешь, кому горше: матери или дочери. Теща к мужу: поговори, отец, с ним по-мужски. И вот униженные старики уговаривают зятя: «Всяко, сынок, бывает. Кто не погуливает. Семью же бросать не надо. Дети без отца будут. Гуляй, коль кровь кипит, да не бросай дочку. Одна она у нас».
Но зять уже волю почуял, и что ему слезы стариков? У него любовь. Забыл, как их дочь уговаривал, обещал не обижать.
Есть заговор для тещи, чтобы зять не гулял. Топят баню, кидают в нее вещь зятя (любую) и говорят в открытую печурку девять раз подряд заговор. В бане больше никто мыться не должен.
Обычно это делают три раза. Сначала читают молитву Честному Кресту, а затем заговор.
