Я взяла Вадиму за руку и поволокла к машине. Обернулась, собравшись сказать все, что думаю о взрослом мужчине, который ведет себя как пятнадцатилетний задиристый подросток, но проглотила все возмущенные слова - у Вадима была разбита губа и наливалась синевой скула. Отлично. И это только то, что видно.
- Аптечка где!? - рыкнула на мужчину.
- В багажнике.
- Чего смотришь? Доставай!
Вадим передал мне аптечку.
- Так… вот! - Взяла в руки йод и вату. - Выпяти губы! - Удивительно, Вадим слушался беспрекословно. От души булькнула йода на вату и приложила ее к разбитой губе. Мужчина скривился. - Сам виноват!
- Сам.
- И зачем вообще полез? Я же справилась!
- Он не имел права обижать тебя! - повысил тон Вадим. Сурово так. Захотелось спрятаться.
- И поэтому ну просто необходимо было почесать об него кулаки? - спросила уже спокойнее. Он ведь на самом деле просто защищал меня.
Он не ответил. Молча взял аптечку и положил, где взял. Я села в машину. До дома мы доехали минут за десять - дороги пустынны в такое время.
Не стала ждать Вадима, сразу прошла в дом. В гостиной в обнимку сопели Владлен и Герман. Не стала их будить, пусть спят, к тому же смотрятся они классно. Но Герман точно почувствовал, что в комнате появился посторонний. Поднял голову и посмотрел на меня. Прижала палец к губам. Умный пес снова погрузился в сон.
Поднялась к себе. Нужно поговорить с Вадимом. Не только о поцелуе, о котором я не хочу думать, но вообще обо всем, что между нам творится. Это физическое влечение никуда не делось, стало только сильнее. Еще и он воду мутит. Да, поговорим. Но сначала сон. Повздыхала, переоделась и свалилась на кровать. Все позже.
Однако утро наступило быстрее, чем я ожидала. Наверное, даже сон отошел в сторону из-за метавшихся в голове мыслей. Проснулась я в восемь. Решимость поговорить с Вадимом испарилась, будто ее совсем не было. Да, он первый меня поцеловал, но признаться ему, что он меня волнует… Не смогу. Во всяком случае, не сейчас. Поэтому самое верное в сложившейся ситуации решение - вернуться в берлогу, дабы обезопасить не только свою совесть, но и мамин брак. Так будет лучше для всех.
Я встала, быстро покидала вещи, ноутбук и записи по работе в сумку. Оделась. Для храбрости кивнула отражению и тихонько выскользнула из комнаты. И я не сбегаю! Только утешало это мало.
- И почему я не удивлен?
Услышав этот тяжелый вздох, я досадливо поджала губы. Вадим сидел в гостиной. Обманчиво расслабленный, руки в замке, нога на ногу. Следы боевых ранений стали ярче и намного заметнее. Он вообще не ложился, что было заметно по глазам - уставшие и сонные - буквально сразу.
- У меня встреча через полчаса. Обещай, что не сбежишь, пока меня не будет. Нам нужно поговорить.
Я замялась. Попытка уползти обратно в свою квартиру провалилась. Но он прав, разговор должен состояться. Хотелось бы, чтоб позднее, но раз он караулил меня, не сомкнув глаз, то ему это действительно важно. Впрочем, мне тоже.
- Обещаю.
Несколько секунд пристально смотрел мне в глаза, будто пытаясь понять - вру я или нет? Наверное, так оно и было. Опустила взгляд ниже - щека и губы. У него встреча. Надо что-то с этим делать.
- Давай замажем боевые ранения, пока ты не показался на глаза людям?
Я сбегала в их с мамой комнату. Признаюсь, заходила я в нее не без внутреннего трепета. Все-таки она теперь не только ее. Я знала, где мама держит косметику, оттого тональный крем нашла быстро. На выходе с любопытством огляделась. Никаких разбросанных носков, рубашек. Все как при маме.
- А где Владлен? - задала вопрос, аккуратно замазывая синяк. - И Германа не видно.
- Туточки мы, туточки! - пропел Владлен, появляясь в гостиной. - Не думал, что вы так серьезно отнесетесь к моему наставлению оттянуться по полной! - Я закончила размалевывать Вадима. - Да кр-расавец, красавец! - засмеялся парень, когда брат обратился к нему с немой просьбой оценить мои художественные навыки.
- Владлен, ты ничего снять не забыл?
- А? - парень посмотрел вниз на себя. - Блин, точно!
Он снова был в розовом в белый горошек фартуке.
- Я чего пришел то - завтрак готов, прошу к столу!
- Мне пора. - Вадим встал, взял лежавший на диване пиджак. - Влад, сам доедешь?
- Да. Только Лизу покормлю.
- Жду. - Посмотрел на меня. - Ты обещала.
Помню я, помню. Вадим уехал. Владлен кудахтал, как настоящая хозяйка. Удостоверившись, что я хоть что-то съем из его утренних творений - омлет, сырники, кофе - он тоже собрался и уехал. Интересно, что он не спросил, кто и почему разукрасил его брата.
- Что Вадим мог рассказать Владлену? - спросила безмятежного Германа. Пес лежал рядом и грыз игрушечную кость. Его совершенно не волновало, что творится у него под носом.
