- Папа… - в нерешительности я смела салфетку. - Лучше если ты узнаешь от меня, чем от кого-то постороннего…
- Ты беременна!? - охнул папа.
- Вы сговорились, что ли!? Причем тут беременность!
- Я хочу внуков.
- Я самая младшая, требуй сначала от Славки и Ярика, - попыталась увильнуть.
- Эх, о чем ты говоришь. Эти балбесы только и знают, что кутить и проводить время на тренировках, другое дело ты - умная, красивая, самостоятельная… У тебя, наверное, отбоя нет от ухажеров? - лицо папы при этом были хитрющим до невозможности. Это что, очередная проверка?
- У меня нет даже ухажеров, не то что парня, папа…
- Жаль, жаль. Так о чем ты хотела мне рассказать?
- Э… понимаешь, тут такое дело… - Выдохнув, выпалила: - Мама замуж вышла!
На целую минуту вокруг нас остановилось время.
- Идиотка. И кто же этот несчастный?
Я ждала более бурной реакции. Немного недоуменно посмотрев на него, рассказала про дядю Вадима. Папа слушал, казалось, не особо внимательно, уставившись на маленькую доску, большие аналоги которых раньше можно было встретить в школах, где красивыми печатными буквами были написаны цены на разные напитки и коктейли. Эта его привычка была обманчива. Как-то в детстве мне было строго-настрого запрещено есть шоколадные конфеты, ибо у родителей появились подозрения, что щеки у меня покраснели не просто так, а из-за начинающегося диатеза. Но моя детская жадность требовала конфет, причем, в огромном количестве. Расположились мы все в зале, мама увлеченно читала какой-то сопливый и слезливый любовный роман, пацаны, прикидываясь ангелочками, мутузили друг дружку, а я отчитывалась о выполнении уроков. Стояла я как раз рядом со столом, на котором стояла большая хрустальная ваза, заполненная конфетами. Сбиваясь, когда взгляд падал на это съедобное великолепие, я рассказывала папе об одной трудной задачке, а ручонки так и тянулись стащить конфеты. И вот когда папа отвернулся к окну, конфеты были завоеваны. Надо отдать должное, без единого шороха.
- Лиза, положи-ка конфеты на место, - все также любуясь видом из окна, спокойно сказал отец.
Это настолько меня впечатлило, что осталось в памяти на долгие годы.
- Двадцать девять лет… *Цензура*. Впрочем, такой сюрприз как раз в духе твоей матери. Бедный парень.
Бедный это мягко сказано. Если все-таки альфонс - пролетит как фанера над Парижем, так как мама свое никогда без боя не отдаст, тем более, если это деньги. А если не альфонс и костюм на нем в ресторане куплен на его деньги и он сможет вскружить ей голову… Видимо, такие же мысли крутились в голове и у папы.
- Что мне делать?
- А что тут можно сделать? - удивился он. - Как поженились, так и разведутся, рано или поздно. Лучше, конечно, рано, чем поздно.
- Так-то оно так, только боязно, вдруг изменит ей с какой-нибудь молоденькой пигалицей, она ведь не переживет.
- В таком случае, она сама виновата.
Из “Ромашки” мы вышли еще нескоро. О маме больше не заговаривали, общались в основном на темы “Какой же бабник Славка” и “Когда же уже Ярослав женится”. Хорошо, что папа сам себе начальник, когда хочет, тогда и приходит на работу.
- Ну пока, девочка моя, - папа притянул меня к себе и звонко чмокнул в щеку, - надеюсь, увидимся в воскресенье.
- Ты опять уезжаешь?
- Да. Дела, дела. Всего на пару дней, вроде должен вернуться в субботу.
- Ну тогда счастливого пути.
- Присматривай тут за Славкой, а то дров наломает, мне же потом расхлебывать, - нахмурился папа.
- Отлично. Порабощу его и отомщу за свое детство, - размечталась я. Какая гениальная идея! Я уже представляю себя возлежащей на диване, а где-то сбоку стоит Славка и размахивает опахалом. Красота.
Папа захохотал.
- Попробуй, может, одумается.
Будь проклят тот день, когда изобрели телефон. Сон таял, оставляя после себя веру в чудеса. Не каждый день тебе снится радуга, мокрое после дождя поле ромашек и небольшой домик, где тепло и уютно.
- Кто? - прозевала в трубку. Нажать на “принять вызов” получилось раза с третьего. - Если это ты, Слава, тебе каюк.
Послышалось веселое хмыканье.
- Не угадала. Еще две попытки.
Что за шутки?
- Доброе утро, - и отключилась.
Только-только задремала, как телефон заорал с новой силой.
- Дай поспать!
- Неа. Кто рано встает, тому Бог подает. Слышала такую пословицу?
- Ну.
- Вставай, соня, пойдешь с нами на прогулку.
- С вами? Кто это? - разлепила я глаза.
- У тебя осталось две попытки, используй их.
И этот гад, кем бы он ни был, отключился.
Я таращилась на телефон минуты две. Дурдом какой-то. Кстати, на часах всего-то десять утра! У, негодяи!
Но, надо признаться, шутник меня заинтриговал. Подумав, что он перезвонит, чтобы проверить, догадалась я или нет, раз уж пошла такая потеха, я кое-как поднялась и потащилась умываться.
Перезвонил он через двадцать минут. Я пребывала в неге, попивая мелкими глотками свежесваренный кофе.
- Весело? - спросила. - Разбудил девушку и забавляешься.
- Очень весело. Но веселее будет, когда ты выглянешь в кухонное окно.
Соскочив со стула, подбежала к окну. Жила я на третьем этаже.
- Какого хрена ты тут делаешь!?
