Рой полностью

— Нет, что ты, — Рики сделал вид, что его незаслуженно обвиняют, и обиженно надул губы. Но я уже устал от этой его игры.

— Рики, — сказал я. — Когда я прилетел сюда, вместе со мной в вертолете сидела толпа пиарщиков. Кто их нанял? Кто уведомил их, что здесь какие-то проблемы с пиаром?

— Я ничего не знаю ни о каких пиарщиках.

— Им запретили выходить из вертолета. Сказали, что это опасно.

Он покачал головой.

— Я понятия не имею… Не знаю, о чем ты говоришь.

Я махнул рукой и вышел из душевой.

— Я не знал! — крикнул Рики мне вслед. — Клянусь, Джек, я ничего об этом не знал!

Через полчаса Рики в знак примирения принес мне недостающий код, о котором я у него спрашивал. Код был короткий — всего один листок бумаги.

— Извини, Джек, — сказал он. — Пришлось повозиться, чтобы его найти. Несколько дней назад Рози закрыла сетевой доступ к целой поддиректории, чтобы ее переработать. Наверное, она просто забыла снова открыть доступ. Поэтому кода и не было в основной директории.

— Хм-м… — я просмотрел запись. — И что она перерабатывала?

Рики пожал плечами.

— Понятия не имею. Один из этих файлов. Я открыл файл с кодом.

— Рики, — сказал я, — этот код почти не отличается от предыдущих.

— Ну да, наверное. Изменения всегда очень незначительные. Не понимаю, почему ты придаешь этому такое значение, — он пожал плечами. — Я имею в виду вот что — как только мы потеряли контроль над роями, первоначальный код утратил всякий смысл. Мы ведь все равно уже не могли его изменить.

— А как случилось, что вы потеряли контроль? В этом алгоритме нет эволюционного кода.

Рики развел руками и сказал:

— Джек, если бы мы это знали, мы бы знали и все остальное, и никаких неприятностей не было бы.

— Рики, меня пригласили сюда для того, чтобы разобраться с проблемами кода, который написала моя прежняя группа. Мне сказали, что агенты теряют цель…

— Можно сказать, что неподчинение управляющим радиосигналам и есть потеря цели.

— Но код не менялся.

— Ну, знаешь, Джек, сам код никого особо не волнует. Только то, что код собой подразумевает. Обусловленное поведение, которое возникает из этого кода. Нам нужно, чтобы ты помог именно в этом, Джек. Потому что это ведь твой код, верно?

— Да, но это ваши рои.

— Совершенно верно, Джек.

Рики пожал плечами и вышел из комнаты. Я какое-то время смотрел на листок с кодом, а потом задумался — почему Рики распечатал его для меня? Это означало, что он не хотел показывать мне электронную версию документа. Вероятно, Рики пытается скрыть от меня еще какую-то проблему. Возможно, на самом деле код изменили, но Рики мне его не показывает. Или, может быть…

«Ну и черт с ним!» — подумал я. Смял листок с распечаткой и бросил его в мусорную корзину. Решать эту проблему все равно нужно не через компьютерный код. Это было мне совершенно ясно.

Мае сидела в биологической лаборатории и смотрела на монитор, подперев подбородок рукой. Я спросил:

— Ты как, нормально себя чувствуешь?

— Да, — она улыбнулась — А ты?

— Просто устал. И голова опять разболелась.

— У меня тоже. Но у меня — из-за этого фага, — Мае показала на экран. На экране было черно-белое изображение вируса под сканирующим электронным микроскопом. По форме вирус напоминал минометный снаряд — толстая вытянутая головка, прикрепленная к более узкому хвосту.

— Это тот новый мутировавший фаг, о котором ты говорила? — спросил я.

— Да. Я уже отключила от линии один ферментационный чан. Производство работает на шестьдесят процентов от полной мощности. Все равно, вряд ли это имеет какое-то значение.

— А что ты сделала с отключенным чаном?

— Исследую чувствительность фага к разным антивирусным реагентам, — сказала Мае. — Вообще-то их здесь немного. Мы не должны анализировать фаги. По инструкции любой зараженный чан следует отключить от производственной линии, уничтожить все его содержимое, а чан простерилизовать.