Последнее слово утонуло в грохоте и вое: монстр в обличье человека заметался по камере, круша тело о стены, и Алексей мельком подумал: почему?.. Ведь эти твари перестраиваются, умнеют! Но сразу же себе и ответил: видно, на редкость неудачный экземпляр. Даже нановиты не могут сладить с несокрушимым мозгом проститутки…
Дикая кутерьма за дверью сделала дело: военные, в отличие от умника-биолога, которому все казалось так легко, понимали, что это будет совсем не легко, но другого-то выхода все равно нет… Решились.
— Кроме «Макара» есть что? — спокойно спросил Подольский. Настала недоуменная тишина, и он пояснил: — Наверняка так наверняка. Надо что-то такое, у чего бой поточнее. «Стечкин» хотя бы.
— А, это должно быть, — не очень уверенно сказал Старостин. — Сейчас посмотрю. Эх, мой спортивный дома остался! Из него бы я точно муху сшиб! А тут…
Он махнул рукой, быстро сгонял на другой склад и через пять минут притащил абсолютно новенький «Стечкин» 1955 года выпуска: более полувека пистолет тихо пролежал на разных складах. Ну, вот и дождался — пришла его пора…
Подольский проверил работу механизмов оружия: все в порядке. Вставил магазин с патронами.
— Давайте, — велел он.
Роли распределили так: Старостин распахивает дверь, Подольский стреляет, Зверев и Слободчиков страхуют. Остальные пялят глаза… в сторонке. Все вроде бы предусмотрели! Но… сколько у Валеры в жизни случалось таких «но»… и на душе у него сейчас было беспокойно. Он не был уверен, не знал, что из этого всего выйдет.
Не знал и Алексей — до последней секунды. Его «радар» как-то крутился вхолостую, хотя Меркурьев привычно, уже не замечая того, включился в боевой режим… Но вспышка — и он все понял.
Хотел крикнуть и не успел. Старостин рывком отпер дверь.
Прапорщик отпер дверь, и та со страшной силой отлетела в сторону — тварь рванулась наружу. В одно мгновение мощным ударом превратившаяся в зомби путана почти снесла голову бедолаге Старостину: твердый ноготь вспорол шейную артерию. Прапорщик всхлипнул, схватился за шею… но кровь хлынула фонтаном — и все. Валера ничего не смог сделать, кроме как отскочить, сгруппировавшись, влево.
— Бей! — вякнул кто-то.
Тварь бессмысленно ломанулась в коридорный тупик. И тут на ее пути возник майор внутренней службы Слепян. Какой такой бес подбил его шагнуть в проход в попытке задержать несущееся во всю прыть чудовище? А неслась она — опять же! — совершенно не по-человечески, корпус прямо, ноги в полуприседе, руки врастопырь — зрелище идиотское настолько, что Алексею вдруг стало смешно.
А вот Вазгену было уже совсем не до смеха — вообще никак уже не было. Потому что зомби мощным ударом проломила ему грудную клетку. Тело майора отлетело в сторону и шмякнулось оземь. Но это лишь ненадолго задержало бывшую проститутку.
Подольский среагировал мгновенно — двуручным хватом вскинул оружие — выстрел! Пуля пробила сердце, существо подпрыгнуло, страшный вой резанул по ушам. Но оно и не подумало упасть: так же нелепо припустило дальше, брызгая кровью на пол.
Ствол «Стечкина» вскинулся выше и правее. Выстрел! Пуля попала в шею, перебила позвоночный столб. Тело, враз потеряв связь с мозгом, с размаху грянулось на пол, завопило, забилось… это была уже агония.
Впрочем, сколько она могла продлиться — тот еще вопрос. Все потрясенно взирали на дело ее рук. Кто-то из ученых побежал прочь, мучительно удерживая позыв рвоты.
— Слабонервные… — вздохнул Алексей.
По ходу возникла полемика.
— Отрубить башку на хрен! — радикально подошел к проблеме Зверев. — Лопатой, вон, или тесаком… А то ее так часа два колбасить будет.
— Нет, нет! — испуганно запротестовали ученые. — Объект должен быть по возможности сохранным!..
Сохранным так сохранным. Мертвецов унесли, тело зомби, затихая, хрипело, стонало, скребло ногтями бетон… а биологи забегали, развертывая лабораторию в одном из бункеров, вытаскивая из герметичных пакетов стерильные халаты, шапочки, перчатки…
А у Алексея неожиданно возникло сексуальное желание, и он, полагая, что делать здесь больше нечего, решил отправиться к Свете — но тут его задержало внезапное обстоятельство.
— Господа, господа! — восклицал один из «ботаников». — Извините, маленькая просьба!.. Нам бы взять образцы тканей здорового человека, для сравнения. Наглядно увидеть биохимические отличия в самой структуре ДНК… — Тут ученый сказал что-то такое, из чего поняли только то, что если бы кто-то желающий разрешил взять у себя кровь из вены, какой-то соскоб слизистой из полости рта и еще что-то — то это было бы хорошо.
— …таким образом, — завершил биолог. — Кто хочет?.. — взгляд его упал на Зверева. — Вы, молодой человек?
— Э, нет, — поспешно отступил Михаил. — Воевать — да, а это… нет уж, пусть другой кто-нибудь.
Ученый так растерялся, что Меркурьеву стало его жалко.
— Да ладно, — махнул он рукой, — можете у меня взять.
— Вот и хорошо! — Биолог обрадовался.
