Сейчас, — Валерия потянулась к карману джинсов, словно бы собираясь достать билеты, но я поняла, что девушка просто тянет время. И пока охранник потерял на пару секунд бдительность, я схватила Лерку за руку и с криком «Валим!», ломанулась в противоположную от секьюрити сторону.
Тот сначала опешил от такого, но быстро сообразил, что вообще произошло. Поэтому, в следующую минуту он что-то крикнул кому-то по рации, попутно догоняя нас.
Я бежала изо всех сил, пытаясь вспомнить, через какую из дверей мы попали в этот коридор, но сейчас все эти куски металла казались одинаковыми и однообразными. Наконец, нужная дверь была найдена и мы выбежали из нее. Я же еще и со всей силы захлопнула ее обратно прямо перед самым носом этого «Вадика», надеясь, что это хоть как-то задержит охранника. Стоит ли говорить о том, что я была далеко в не самой спортивной форме, поэтому, отставала от рыжей подруги?
В отличие от меня, Соколова двигалась куда проворнее и ловче, убегая далеко вперед. Лерке такой побег был не в новинку. На мгновение я даже вспомнила, как однажды подруга выпрыгнула из окна первого этажа, лишь бы только не идти на свидание с назойливым кавалером.
Соколова, впереди! — только и успела крикнуть я, прежде, чем Валерии преградил путь другой громила в форме. Но, Лера оказалась хитрее и сумела проскользнуть мимо него, оставляя того в дураках. Чего было нельзя сказать обо мне.
Поняв, что обеих ему не поймать, охранник переключил все свое внимание на меня, загораживая путь к отступлению. «Вадик» же в прямом смысле наступал на пятки и я поняла, что бежать мне больше некуда.
Машка, я вернусь еще за тобой. Верь мне! — крикнула напоследок Лерка, исчезая из моего поля зрения. Судя по недовольным возгласам откуда-то со стороны, девушке удалось миновать и третью преграду в виде секьюрити.
Попалась, — озвучивая очевидный факт, произнес «Вадик». — Колян, звони в полицию. Пусть они теперь с ней разбираются.
Не успела я и пикнуть, как мужчина схватил меня за руку, а спустя секунду на запястье лязгнули металлические наручники.
«Ой-ой! Вот ты и вляпалась, Веленская!»
Я и сама прекрасно знала, что все это значит: у меня большие неприятности. Правда, тогда я еще не догадывалась, что следующие шесть часов своей жизни мне придется провести в отделении полиции.
12
Следователь со звучной фамилией Лось еще раз внимательно изучил мое удостоверение личности. Я же мысленно порадовалась тому, что хотя бы на этом документе у меня красуется весьма приличная фотография, на которой я похожа на саму себя, а не на непонятную Кикимору. Хотя, с чулком на голове (а именно это и было на мне надето в момент встречи с полицией) я выглядела еще смешнее, чем страшненькая бабулька с болота, поэтому, его все же пришлось снять.
Собственно, на этом вся радость от общения с органами правопорядка заканчивалась и дальше я начинала реально волноваться о происходящем.
Значит, Веленская Мария, — озвучивая сведенья с карты, прогнусавил следователь. — Так, дата рождения — седьмое сентября. Верно?
Верно, — нехотя согласилась я, стараясь не смотреть на Лося, который продолжал рассматривать мои документы. Вместо этого я старательно теребила в руках чулок, выданный мне Леркой, попутно пытаясь придумать, как его можно использовать в обезьяннике.
Нарушаем порядок, госпожа Веленская. Об уголовной ответственности слышали?
Слышала, — кивнула я.
О статье за хулиганство тоже, наверное, слышали?
Мне не нашлось, что ответить. То ли следователю просто хотелось поговорить хоть с кем-то, то ли он тянул время, думая о чем-то о своем.
Молчите, Мария? — Лось нахмурился. — А зря. Вас поймали на месте преступления с поличным. Даже имеются свидетели. Ваших подельников мы пока еще не нашли, но если вы поможете нам и сообщите об их личности, уверен, все отделаются малыми жертвами.
Я продолжала молчать. С одной стороны, запись в личном деле о том, что я побывала в полиции, не очень-то и радовала, но с другой стороны, я подозревала, что не сделала ничего такого уж страшного, за что меня и Соколову могли реально посадить. Ну серьезно! Мы же не убили и не покалечили кого-то. Мы всего лишь пробрались в здание концертного зала, и судя по словам Лерки, у нее даже был билет на этот пресловутый концерт. Так что, все можно было обставить, как нелепую случайность, и разойтись мирно, если у организаторов концерта и менеджмента группы не будет к нам претензий.
Из всего этого потока мыслей выходило одно: следователь Лось явно что-то темнил и, наверняка, хотел обвинить нашу шайку-лейку в чем-нибудь еще. Нет, ну бывают же у полиции висяки! Вдруг и на нас такой висяк хотят списать?
Я имею право на один телефонный звонок? — вдруг додумалась спросить я.
Представитель закона недовольно зыркнул на меня, но все же утвердительно кивнул.
Тогда мне надо позвонить, — кивнув на допотопный телефон, что стоял на столе у следователя, произнесла я. Мужчина, едва ли не скрипя зубами от недовольства, пододвинул ко мне средство связи.
