А вот семейная жизнь Генри Флаглера превратилась в настоящий ад. Ида Алиса увлеклась спиритизмом, раздобыла себе «говорящую доску» и часами общалась с духами, убедив себя, что в неё безумно влюбился русский царь. В октябре 1895 года она обвинила мужа в попытке отравить её и пригрозила его убить; её посадили в сумасшедший дом в Плезантвилле, штат Нью-Йорк. Весной доктора объявили её излеченной, она вернулась к Генри. Они провели несколько счастливых недель в поместье Флаглера Сатанстое[20] под Мамаронеком, штат Нью-Йорк, катаясь на велосипедах, гуляя по саду и читая друг другу. Но потом Ида Алиса подкупила служанку, чтобы та выкрала для неё «говорящую доску», и всё закрутилось по новой. В марте 1897 года она набросилась с ножницами на доктора, и её вернули в Плезантвилл; там она взяла себе новое имя — «княгиня Ида Алиса фон Шоттен Тек»; с Флаглером она больше не виделась. В личной жизни Генри Роджерса тоже произошли перемены: в 1894 году он овдовел, а в 1896-м снова женился — на разведённой светской львице Амели Августе Рэндел Харт. Рокфеллеры же праздновали свадьбы своих детей.
«Да будет свет — по моей цене за галлон»: аллегорическое изображение богатого Рокфеллеровского университета со светильником, заправленным «Стандард ойл», и независимого университета, дающего яркий свет знаний.
Богатые родители всегда опасаются, что их дочь угодит в сети ловкого охотника за приданым, а сын женится на аферистке, которой нужны только его деньги. Поэтому Рокфеллеры старались, чтобы молодёжь знакомилась и общалась в своём кругу. Уильям Рокфеллер тесно сошёлся с Джеймсом Стилманом; совместными усилиями они превратили «Нэшнл сити банк» в самый большой банк Нью-Йорка. «Мне нравится Уильям, потому что нам с ним нет нужды говорить, — отмечал Стилман. — Мы часто сидим молча с четверть часа, прежде чем один из нас нарушит молчание». При этом они сильно отличались характерами. Стилмана на Уолл-стрит называли «человеком в железной маске»: суровый, мрачный, молчаливый (если не считать сардонических замечаний); он прогнал свою жену и запретил пятерым детям упоминать её имя. (Однажды девочки получили от неизвестного отправителя из Европы по паре одинаковых серёжек и догадались, что это подарок от матери.) Рокфеллер же, при всей своей деловой хватке, был добродушным бонвиваном. Кстати, его старший брат недолюбливал Стилмана и отказывался участвовать во многих сделках Уильяма, если подозревал, что за ними стоит Стилман. Впрочем, это не помешало желанию партнёров породниться.
Любимицей Стилмана была младшая дочь Изабель, с которой он советовался даже о делах. Поэтому именно её, а не старшую Элси, он якобы вызвал к себе первой и предложил выбрать кого-нибудь из сыновей Уильяма Рокфеллера. Этот матримониальный бизнес-проект вполне устраивал обеих девушек, мечтавших выйти замуж, чтобы избавиться от отцовской тирании. (В детстве они должны были по утрам выстраиваться вместе с братьями вдоль стены у входа и смотреть, как отец уходит на работу.) Изабель выбрала младшего, Перси, потому что он был высокий, красивый и весёлый. Элси достался Уильям.
Свадьбу Элси устроили 21 ноября 1895 года в Роквуд-холле, в тропическом саду. Репортёры писали о роскошных подарках, в том числе серебряной вазе от президента Гровера Кливленда и бриллиантовых колье и диадеме от Уильяма и Миры. Лора и Джон Д. преподнесли картину. После медового месяца молодожёны переехали в полностью меблированный особняк, предоставленный отцом новобрачной.
В том же месяце Джон Д. выдал замуж младшую дочь Эдит, которая завершила курс лечения от депрессии и мечтала стать хозяйкой элегантного дома. Гарольд Маккормик, недавно окончивший Принстонский университет, обладал атлетической фигурой и мечтательными ярко-голубыми глазами, носил запонки с драгоценными камнями и яркие жилеты. Трудно сказать, почему он настолько пришёлся по сердцу будущим тестю и тёще, что ему даже разрешали курить в присутствии Сетти. Единственный минус — Гарольд не отказывал себе в выпивке. Рокфеллер несколько раз пытался убедить его сделаться трезвенником, но тот уверял, что «свою норму знает». Впрочем, незадолго до свадьбы он временно стал абстинентом, чтобы сделать приятное будущему родственнику и хотя бы таким образом поддержать его морально, поскольку Рокфеллер опять начал получать по почте угрозы.
