И все же она попыталась взять себя в руки. Ведь дело следовало довести до конца. Перед ней лежал ТРУП, и нужно было сказать, что это Игорь. Другого выхода не было, и так случайно подвернулась удача.
Они с Вадимом вышли из морга. Следователь, вышедший вслед за ними, осторожно спросил:
– Ну что, это не он?..
Следователю очень не понравились эти двое, прибывшие на опознание. Дамочка – нервная, высокомерная особа, увешанная золотыми украшениями. А сопровождающий ее крупный мужчина в кожаной куртке с перстнями на пальцах вид имел жуликоватый.
Выйдя на воздух, Наташа несколько раз порывисто вдохнула всей грудью и почувствовала себя немного лучше. Ну наконец-то, больше ей не придется ходить по моргам.
– Это он… – с трудом произнесла она, сморкаясь в платочек. – Это Игорь… Боже, как он изменился!
– Вы в самом деле опознали вашего супруга? – с сомнением в голосе уточнил следователь. Он никак не мог побороть в себе неприязни к этой парочке.
Угадав настроение следователя, Наташа решила проявить осторожность:
– Он так изменился! Просто не узнать. Но я уверена – это он. Игорь…
Вот, удовлетворенно подумала Наташа, такая осторожная и аккуратная формулировочка. В случае чего, не придерешься. Женщина, убитая горем, после посещения морга в целях опознания трупа говорит, что тело «не узнать», а потом добавляет с надрывом, что она «уверена – это он».
– Пройдемте сюда…
Следователь повел Наташу в кабинет. Он хотел остаться с ней наедине, без сопровождающего мужчины, но это ему не удалось. Мужик с перстнями на руках нахально полез следом за гражданкой и расположился на стуле рядом с ней.
– С одной стороны, конечно, странно, – задумчиво сказал следователь. – Труп найден в Нарве – выше по течению от того места, где разбилась машина. Не могло же мертвое тело плыть против течения! Вы твердо уверены: это действительно тело вашего мужа?
Следователь пристально взглянул на Наташу. Она поняла, что это последнее и решительное испытание: сейчас или никогда. К черту осторожность! То, что она бормотала прежде, не имеет значения. Теперь ей нужно дать твердый и однозначный ответ.
– Это он, – решительно произнесла она и опустила глаза.
– Вы готовы подписать соответствующий акт опознания? – осведомился следователь.
– Конечно… Только давайте скорее, я прошу вас.
Следователь недовольно хмурился. С одной стороны, уверенные слова женщины, опознавшей труп мужа. С другой стороны, очевидный факт: трупы плавать вверх по течению не могут.
– Наташа, ты выйди-ка на воздух, подыши, – вдруг вмешался в разговор Вадим. – А то тебе опять плохо станет.
Наташа поднялась со стула, намереваясь выйти, и спросила:
– Так мне подписывать протокол? Где?
– Сейчас. – Следователь нерешительно перекладывал на столе бумаги. Он почему-то не хотел давать Наташе акт об опознании. Что-то мешало ему – то ли явная торопливость вдовы, то ли информация о местонахождении трупа.
– Ох, я больше не могу! – Наташа медленно двинулась к двери, уверенная, что Вадим сейчас все быстро утрясет.
Так оно и вышло.
– Вы понимаете, гражданин следователь, – замялся Вадим, как только Наташа скрылась за дверью, – тут такое дело. Если уж человек все равно погиб, к чему излишние формальности? Вы поймите, – Вадик театрально приложил руку к сердцу, стараясь расположить к себе следователя, – фирма ведь стоит. Нужно как можно скорее вступать в права наследования. Там скопилось столько дел.
Говоря это, Вадим наблюдал за выражением лица ивангородского милиционера.
Следовало принять безошибочное решение – давать взятку или не давать. С одной стороны, если дать, то следователь скорее оформит все документы. Но с другой – не всякому можно предлагать. Легко все дело этим испортить. Человек может обидеться, что-то заподозрить. Да мало ли что! И вообще, незнакомому человеку взятку давать опасно.
В конце концов Вадим решил, что давать не следует. Следователь производил впечатление честного человека. Такие еще встречаются в провинции. Тем временем следователь открыл сейф, достал оттуда плотный черный конверт и вытащил на стол содержимое.
Это были сильно испорченные водой документы Игоря, которые удалось достать пограничникам при осмотре затонувшей машины. Там, в «бардачке», все и лежало: заграничный паспорт, водительское удостоверение. Но документы пробыли в реке много времени, и прочитать что-либо было почти невозможно. Оставалось только рассматривать смазанные фотографии на паспорте и на удостоверении.
На фотографиях еще можно было что-то различить. Следователь взглянул на них еще раз. Он попытался сравнить лицо на фотографиях с останками человека в морге.
Следователь понимал: если жена опознала труп мужа, то с этим не поспоришь.
Конечно, можно было возразить, вызвать из Питера других людей для опознания. Но что в результате? Чего он добьется? Даже если удастся доказать, что погибший не является мужем этой женщины, ничего не изменится. Она скажет, рыдая, что ошиблась, а милиции придется хоронить покойного за свой счет. Кому нужна такая морока?..
