Это они обо мне? Похоже на то, но с какого перепуга говорят про милицию, и кто такие клановые дознаватели? Хм, с трудом, но ответы на эти вопросы вспомнил, при этом больше всего заинтересовали познания про дознавателей. Это правоохранительная структура, отвечающая за порядок между кланами и устраняющая последствия применения магии в обычной жизни граждан. В Союзе за этим зорко следят, однако, не всё так однозначно.
— Тогда я поехал, — вздохнул Василий. — Жди здесь, к парню не спускайся.
— Чай не дура, мне проблемы даром не нужны, — нервно ответила продавщица.
Нет, это точно какой-то бред! Неужели меня всё же поймали и накачали какими-то препаратами? Скорее всего, другого объяснения нет. Вот только почему-то болевой порог низкий, сознание уже несколько раз пропадало, при этом воля не подавлена. Кто так пленных допрашивает? Кстати, а ведь мне и сказать-то нечего, толком не помню, какое задание генерала выполняли. Генерала? Ну, да, Фёдор Петрович нас с напарником отправил в соседнее государство, чтобы… чтобы… Нет, не помню! Как и своего имени и звания. Зато уверен только в том, что имел отношение к спецслужбам. Кто же я такой и как тут оказался? Хотя, на последний вопрос ответ понятен — брежу. Сейчас доктора придут, укол поставят и мозги прочистятся. С другой стороны, раз это больное воображение или сон, то могу сам себя исцелить. Вот сейчас встану на ноги и осмотрюсь! Сделал попытку подняться, но боль ударила под рёбра, прокатилась по всему телу и взорвалась в голове.
— Знатно его побили, давно тут такого не встречал, — раздался над ухом чей-то спокойный голос. — Интересно, жить будет?
— Михалыч, ты забыл, как месяц назад двоих забирали? — со смешком спросил кто-то. — Одного сразу в морг, а второго на нары.
— Так, то по пьяни поножовщина случилась, — возразил голос, принадлежащий тому, кого назвали Михалычем. — Что там старлей-то? Вызвал врачей?
— Уже едут, — заверил его напарник. — Глянь, глаза приоткрыл! Паря, ты как? Говорить можешь? Кто тебя так? — склонился надо мной молоденький паренёк в форме сержанта милиции.
Да-да, чёрт бы его побрал, милиции! Мозг продолжает выдавать какие-то странные картинки! И потом, с какого перепуга он обращается ко мне, как к какому-то пацану? У самого усики еле пробиваются, а я-то на днях справил сорокалетие. Гуляли в столичном ресторане, где свою подругу застал тискающуюся с какими-то молодым мажором. Правда, не слишком расстроился, но наглецу нос сломал. Ага, память всё же худо-бедно возвращается. Вот только с чего бы мне через неделю идти в последний класс? Школу-то давно закончил! Хм, а своё восемнадцатилетние отметил десять дней назад. Гуляли в роще, жарили шашлыки, пили пиво, а потом завалились на дискотеку. Где, вот непруха, кулаками помахал из-за уже бывшей своей девчонки, которую какой-то деловой окрутил и собирался с собой увезти. Гм, Оксанка всё же с ним уехала и мне ручкой помахала, когда в тачку садилась, а охрана парня меня ногами вяло пинала. А не сошёл ли я с ума? Очень достойное объяснение всему происходящему!
— Что у нас тут? — поинтересовался усталый женский голос. — Обычная драка?
Мне на шею легли пальцы, проверяя есть ли в теле признаки жизни.
— Он недавно шевелился, — произнёс один из милиционеров.
— Документы у него были? — задала вопрос врачиха, осторожно ощупывая мой позвоночник.
— Кроме мелочи и ключей ничего, — ответил Михалыч.
— Как тебя зовут? Слышишь меня? — осторожно надавила на моё плечо врачиха.
— Сергей, — с трудом произнёс я, удивившись, с чего это назвал чужое имя.
— Фамилия? Возраст? — продолжила допытываться женщина, умело перевернув меня на спину.
— Восемнадцать исполнилось, — ответил, сквозь заплывшие веки смотря на молоденькую врачиху, почти девчонку, ловко меня осматривавшую.
— Значит уже взрослый, повезём в обычную больницу, — посмотрела она на кого-то и велела: — Несите носилки, нам товарищи милиционеры помогут до машины раненого дотащить. Правда? — она перевела взгляд на молоденького сержанта, который мгновенно выпятил куцую грудь колесом и подтвердил:
— Разумеется, нам в радость вам помочь.
А вот Михалыч в кулак кашлянул, старшему сержанту под полтинник и тащить меня он точно не горит желанием.
— Несколько переломов, на голове ссадины и гематомы, возможно повреждение внутренних органов, но точно этого сказать не могу, — произнесла врачиха, отвечая на немой вопрос подошедшего старшего лейтенанта.
От меня попытались добиться адреса проживания, фамилии и что тут произошло, но я предпочёл отмалчиваться. Мало того, что сам толком не понимаю происходящее и склоняюсь к бреду, так ещё и мне даже обезболивающего укола не додумались поставить.
— Терпи, мне необходимо наблюдать за твоим состоянием, — неопределённо сказала врачиха, когда меня переложили на носилки.
