Интересно, а как же сами бывшие эйсы? Им отдали наши имена или позволили оставить свои? Да и зачем такие сложности? Хотя… мысленно усмехнулась, что за глупый вопрос? Естественно, затем, чтобы никто даже не заподозрил реального положения вещей. Уверена, магистр настоятельно «порекомендует» нам молчать о своем прошлом. Придумает красивую сказочку. Типа – жили и воспитывались в особом пансионе.
Устало откинулась на подушку, прикрывая глаза. Странные ощущения. Тело тупо ныло, словно в результате чрезмерного увлечения спортом после долгого перерыва. Виски ломило, как-то странно морозило. Но гаже всего было на душе. Смутное ощущение тревоги и неправильности буквально разъедало изнутри, вызывая неконтролируемый поток слез и желание вымыться.
Словно вспышка пришло озарение. Боже, я ведь теперь маг! Подскочила на месте, даже забыв о боли, сосредоточилась и попыталась зажечь стоявшую на столе свечу. Увы, ничего не вышло. Фитилек даже не колыхнулся, не говоря уже об огне. Почему? Я делаю что-то не так? Как там в книжках пишут? Сосредоточиться, представить, сконцентрироваться и… Ничего! Распахнув глаза, я уныло разглядывала ничуть не изменившуюся свечку. Может, времени мало прошло? Или судьба и тут решила надо мной жестоко подшутить?
За такими мыслями я даже не заметила, как уснула, и очнулась только когда пришла давешняя служанка, чтобы проводить на «праздничный» ужин. Там собрались все – эйсы, магистры, учителя, еще не пришедшие в себя после обряда девушки.
– Поздравляю! – магистр поднялся, держа в руках бокал. – Все прошло успешно, и теперь вы – полноправные эйсы! Да будет Эсхей вам помощником в новой жизни!
– Поздравляем!!! – стройный хор голосов учителей и не столь дружный – бывших эйс последовал за короткой пламенной речью магистра. Все тут же подняли бокалы и дружно осушили.
– Как вы себя чувствуете? – голос магистра был невероятно дружелюбен.
– Вроде ничего, – неуверенно кивнула Лайма.
– Странно, – поддержала ее Кароль.
– Это нормально, – отмахнулся магистр. – В вас сейчас бурлит новая, непривычная энергия. Подождите, все придет в норму.
– Магистр, у меня вопрос! – не сдержалась я, за что была награждена дружным стоном пополам со смехом.
– Я бы удивился, уважаемая эйса, если бы у вас, – он выделил последнее слово, – его не было.
Магистр с усмешкой посмотрел на меня, но слова его прозвучали не зло, а просто с теплой иронией.
– Спрашивайте, чего уж там.
– Точнее, даже два, – повинилась я.
– Даже не сомневался, – глаза магистра насмешливо сверкнули.
– Первый: вы уверены, что все получилось? Я попробовала зажечь свечу, и у меня не вышло.
– Ничего удивительного.
Я прямо видела, как он расслабился, услышав вопрос.
– Должно пройти некоторое время, чтобы сила… хм… усвоилась. Минимум – дня три, и только потом вас начнут обучать. Не спешите.
– Понятно. И второй вопрос… Меня сегодня назвали эйсой Лантарией. С чего вдруг? – и я уставилась в глаза магистра. А вот этот вопрос был ожидаем, но неприятен. Я видела, как подтянулись учителя и потупились эйсы. Да и магистр вмиг изменился, превратившись из добренького старца в хищника.
– Хороший вопрос. Я хотел его поднять позже, но раз уж вы спросили… Итак, избранные, прошу вас запомнить раз и навсегда. С этого дня вы – эйсы, и имена у вас будут другие. Каждая из вас приняла имя женщины, передавшей вам силу. Никто и никогда не должен узнать о вашем прошлом имени. Это – закон. Табу. Запрет.
– А что будет, если кто-то узнает? – раздался робкий голос Кендры.
– Вы перестанете быть эйсами и превратитесь в соллэ.
– Соллэ? Что это?
– Это женщина, которая запятнала свою честь и род, преступница и шлюха. Она не может стать женой, но из-за наличия силы в ее крови ею пользуются, чтобы получать одаренных солдат. Вас отдадут в казармы, чтобы вы рожали одаренных магией воинов для войск Амирии. Этих детей никто никогда не признает. Они – ничто. Они не знают ни матери, ни отца. Живут и воспитываются в казармах… А вы… Вы будете рожать каждый год от того, кого вам выберут. Это ясно?
Тишина стала ему ответом. Такого я не ожидала. Это было просто за гранью понимания. Дикость, варварство, да как угодно назови эту мерзость… Мой взгляд сам собой скользнул по девчонкам. Представить рыженькую Глорис, с ее четырнадцатью годами, тоненькую, маленькую, хрупкую… под мощными, взрослыми, потрепанными и оголодавшими солдатами. Да будет просто чудо, если она хоть год проживет! А Хулюк и дня, наверно, не протянет.
– И, да, через две недели – ваши свадьбы. А за три дня до этого прибудут эйдэйрсы, чтобы сделать выбор, – забил последний гвоздь Этхой, обведя нас взглядом. Все, маски сброшены.
