- Что здесь происходит? - спросил командующий и, сняв перчатку, протянул руку командиру. - Рокоссовский.
- Командир батальона Исаев! - вытянулся в струнку молодцеватый, лет двадцати пяти мужчина.
- Что это за странное передвижение?
- В сапогах мерзнут ноги, вот и греемся.
Рокоссовский покачал головой и спросил:
- Валенки обещали?
- Так точно, обещали, но пока не привезли.
- Связь со штабом полка есть?
-Так точно.
- Девушка, будьте добры, соедините меня с командиром полка, - сказал командарм, держа трубку полевого телефона.
Поздоровавшись, Рокоссовский спросил:
- Товарищ Назарбеков, вы во что обуты?-
- В валенки. -
- А ваши солдаты в окопах мерзнут в сапогах. Как вы думаете, это влияет на настроение солдат?
- Конечно, товарищ командующий. Теплое обмундирование прибыло, но мы не успели его развезти.
- Передайте генералу Панфилову - сегодня к вечеру он должен мне доложить, что вся дивизия переодета в зимнее обмундирование.
Командарм осмотрел окопы, расспросил, поставлены ли перед колючей проволокой мины.
- Чем прикрыта полевая дорога, выходящая из леса? - уточнил он. - Противотанковыми минами, а в самом лесу я ее завалил поваленными деревьями.
- Молодец, - похлопал по плечу комбата Рокоссовский. - Готовы отбить атаку?
- Будем стоять до конца! - ответил Исаев.
- Что ж, я рад был с вами познакомиться, - прощаясь, Рокоссовский улыбнулся все той же обаятельной улыбкой, которая поднимала у бойцов настроение и вселяла уверенность в победу.
К вечеру он был на КП командира дивизии Панфилова.
- Ну что, Иван Васильевич, одели солдат? - спросил Рокоссовский.
- Только что доложили: ваш приказ выполнен, - смущенно ответил Панфилов. - Это моя оплошность, товарищ командующий.
- Это и наша вина. Могли бы снабженцы проявить заботу об этом и раньше. - Командарм оглядел руководство дивизии, которое собрал командир. - А теперь поразмыслим о предстоящих боях. Он подошел к карте. - У нас обобщены данные о группировке немецко-фашистских войск. Против нашей армии противник сосредоточил семь танковых, три моторизованных и три пехотных дивизии, до двух тысяч орудий и большое количество авиации*.
- Извините, Константин Константинович, ваши сведения о противнике немного не совпадают с фронтовыми данными, -сказал присутствовавший на этом совещании генерал, представитель штаба Западного фронта.
- Представитель фронта склонен считать, что наши донесения преувеличивают силы противника, - продолжал Рокоссовский. - Мы, разумеется, понимаем товарищей. Вам очень хочется, чтобы у противника было сил поменьше. Да и мы не возражаем против этого. Но пленные, взятые на различных участках, неоднократно подтверждали наши сведения. Поэтому успокаивать себя и войска мы не имеем права.
Рокоссовский попросюг начальника штаба дивизии доложить, как организована оборона, сделал ряд существенных замечаний, дал советы по организации взаимодействия со средствами усиления..
- Против левого фланга нашей армии, - говорил командарм, - это значит против вашей дивизии и полка курсантов развернулись четыре танковых дивизии и моторизованная дивизия СС под названием «Рейх». Это очень серьезная сила. Прошу это иметь в виду.
- В случае необходимости, на что мы можем рассчитывать в ходе боя? - спросил Панфилов.
- Для этого мы привлекаем корпус Доватора. За счет сибирской дивизии Белобородова создаем глубину обороны. При необходимости она вступит в бой немедленно.
Вскоре Рокоссовский был вызван к ВЧ.
- Командующий фронтом приказал, - говорил генерал Соколовский, - вашей армии нанести удар севернее Волоколамска по группировке противника.
- Срок подготовки?
- Одна ночь. Завтра утром вы должны атаковать волоколамскую группировку противника.
- Василий Данилович, вы же опытный военачальник и должны понимать, что такую ответственную операцию за ночь нельзя подготовить, - сказал Рокоссовский. - Переговорите с Жуковым. Я прошу отменить эту операцию. Или'же дайте мне больше времени для подготовки.
- Я разговаривал с командующим по этому поводу. В своем решении он непреклонен. Завтра утром я ему обязан доложить о начале операции.
Рокоссовский положил трубку и посмотрел на Панфилова отсутствующим взглядом, затем, словно опомнившись, сказал:
- Иван Васильевич, приказано провести наступательную операцию. Вызовите ко мне срочно Доватора и вашего начальника штаба.
