Северус Снейп обалдело смотрел на стену напротив своего кабинета. Вместо привычного изображения ведьм на шабаше в раме красовался криво закрепленный кусок пергамента. «Северус! Ты должен мне помочь. Иначе я откажусь от своих показаний в твою пользу. Альбус.» Вот скотина бородатая! Показания портретов не учитывались при вынесении приговоров, но если возникнет скандал, то Северус вполне мог лишиться места в Хогвартсе. Причем не факт, что удастся устроиться в другом месте или открыть свое дело. Многие просто не захотят иметь дел с бывшим Упивающимся Смертью. На старых друзей надежды не было, сам всех сдал в свое время. Мерлин, неужели придется уезжать из страны! А он обещал присматривать за Поттером. Да и с насиженного места срываться не хотелось. Не все студенты были непроходимыми тупицами. Какое-то время оставалось на собственные исследования. А еще кладовая ингредиентов была в его распоряжении. Но и поддаваться на провокации портрета Дамблдора было опасно. Со старичка взятки гладки, он уже умер. А расхлебывать последствия его «гениальных» замыслов придется Северусу. Нет уж, хватит с него игр. Вот пойдет и поговорит с Минервой. Прямо сейчас.
Минерва МакГоннагал страшно рассердилась. Во-первых, она считала шантаж мерзким и недостойным, во-вторых, Северус был просто замечательным заместителем. При жизни Альбуса ей и так приходилось тащить на себе почти всю административную работу, а теперь ей стало намного легче. И вообще, мальчик осознал свои ошибки, столько лет трудится на благо общества. Сколько можно его попрекать? Попробовал бы Альбус Малфоя пошантажировать. Или еще кого. Северусу и в школе часто доставалось от вполне живых гриффиндорцев, а теперь и от мертвых покоя нет. Это просто несправедливо, в конце концов!
— Немедленно найти мне Альбуса! — прошипела директриса Хогвартса. — И привести сюда!
В кабинете громыхнуло и запахло озоном.
— Ничего себе! — проговорил Финеас Найджелус. — Такого я еще не видел. Вы вступили в контакт с магией замка, дорогая.
И портреты покойных директоров рванули из своих рам на поиски Дамблдора. Снейп покосился на воинственно настроенную Минерву.
— Уважаю! — сказал он. — Возможно, вам удастся взять замок под полный контроль. Говорят, такого не было со времен ссоры Основателей.
— Было бы неплохо! — кивнула МакГоннагал.
В кабинет заглянул Флитвик.
— А что такое случилось? — спросил он. — Все, абсолютно все портреты сорвались со своих мест и мечутся по картинам. Я такого еще не видел.
Появились остальные преподаватели. Их всех тоже волновал переполох в замке.
— Альбуса ловят, — пояснила МакГоннагал, — он решил шантажировать Северуса.
— Какая низость! — возмутилась профессор Спраут.
— И чего ему неймется? — покрутил головой Флитвик. — Сидел бы себе в раме, общался с коллегами. А тут его то русалки чуть не утопили, решили, что он за ними подглядывает. То единороги гоняли. А давеча, говорят, его занесло на ту самую картину с тролльим балетом. Так чуть не затоптали.
— Вот-вот, — согласно кивнула мадам Помфри, пододвигая себе чашку с чаем, домовики уже привыкли сервировать чайный столик, стоило в директорском кабинете собраться более чем двум преподавателям, — а еще его заносило на ту картину с пиявками...
— В кабинете ЗОТИ его никто не видел? — спросила МакГоннагал. — А то там вампиры на картинках, оборотни, дементоры.
— Ну не такой же дурак Альбус, чтобы сунуться к вампирам или дементорам, — проговорила профессор Вектор.
— К троллям, однако, сунулся, — заметила мадам Хуч.
— И к пиявкам, — напомнила мадам Помфри.
— Пиявки — это серьезно, — согласился дядюшка Дрю. — Мне вот домовики доложили, что он воровал фрукты с того натюрморта, что на дверях кухни висит.
— Ужас какой! — возмутилась профессор Вектор. — Ведь портреты всегда питались в кафе на третьем этаже. Или в трактирчике на пятом. Похоже, что директор окончательно спятил.
Все согласились. Партизанская деятельность покойного директора нервировала всех.
Наконец послышались возмущенные крики. Через стены втянулись привидения. В пустой раме портрета Дамблдора появился сэр Кэдоган.
— Ведут! — громко провозгласил он. — Достопочтенные леди и сэры, они его ведут.
— Наконец-то, — заметила МакГоннагал, наставляя на раму свою волшебную палочку.
Послышался мерный топот. Два вооруженных алебардами стражника волокли упирающегося Дамблдора. В каком он был виде! Его волосы и борода висели грязными клочьями. Он где-то потерял один башмак. А его фиолетовая мантия была продрана в нескольких местах. Очки висели на одной дужке. Под правым глазом красовался лиловый синяк. А на левой щеке отчетливо был виден отпечаток чьей-то ладони.
— Альбус! — возмутилась МакГоннагал. — Это тебя в таком виде видели дети?! Как тебе не стыдно!
Дамблдор мрачно оглядел присутствующих.
— Я всегда знал, что ни на кого не могу положиться! — сказал он. — Вы все меня предали! Все! Мерзавцы!
— Это кто тут еще мерзавец! — возмутился Флитвик.
— Сам такой! — согласно кивнула Хуч.
— Заблокировать его в портрете и лишить слова! — сказал Финеас Найджелус Блэк. — Он позорит всех директоров Хогвартса!
