Роковая связь (ЛП) полностью

Белла нашла новостную статью и некролог Энди. Знаю, что уже упоминала об этом, однако Энди умерла утром, перед тем как появился пост о правилах на ее страничке.

В новостях писали: Энди пытали и выбросили на обочину шоссе.

После того как Белла разместила ссылки на статьи в группе, мы действительно начали обращать внимание. А аккаунт Энди продолжал строчить записи. Продолжал выдвигать требования. Продолжал заставлять нас, как роботов, плясать под дудку.

Опубликовывать доказательства в виде справки об состоянии здоровья, положительные заключения врачей.

Выкладывать фотографии наших детей, еженедельные проверки, подтверждающие, что все в порядке.

Контроль и чистка соцсетей — делайте то, делайте сё.

Я все прекратила. Прекратила давать Майлзу плохие лекарства. Прекратила втирать крем для выпадения волос. Выдумывать несчастные случаи. Использовать соцсети, кроме группы, и направила все время и энергию на то, чтобы сделать Майлза здоровым и доказать это улучшение психопату, который теперь возглавлял группу.

Не только я меняла ситуацию. Мы все старались изо всех сил, однако это не остановило гибель участниц.

ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ

ДЕТЕКТИВ

Когда Фара открыла дверь в хижину, то вспомнила кинокартину «Глоток дождя». В фильме Трент играл белого мальчика, которого воспитали сиу и который в итоге похитил и убил белую девушку, чтобы стать вождем. За два часа пятнадцать минут фильма Фара успела влюбиться в Трента Айверсона. На экране актер был одновременно и сильным, и уязвимым — его красоту обрамляли величественные декорации и захватывающий дух кинематографа. Для роли он выучил древний язык сиу и за весь фильм произнес всего три слова по-английски («Ты должна умереть»), чем завоевал уважение.

В то время как большинству американцев нравился ладно скроенный Хью, Фаре всегда нравились искалеченные мужчины, а Трент как нельзя лучше подходил для этой роли. Сейчас, переступив порог маленькой хижины, детективша почувствовала, как в единственной комнате рассеивается томительный гул ее голливудской влюбленности.

На первый взгляд все выглядело достаточно просто. Кровать с угловатыми краями и аккуратной стопкой белых подушек. Стиральная машина с сушилкой в углу, рядом — раковина, туалет и ванная. Длинный стол с несколькими коробками, компьютер и стул. Телевизор, выглядящий по-старинному, с видеомагнитофоном и складным стулом, поставленным перед ним для просмотра.

Кевин шагнул рядом с ней, осмотрел помещение, затем протянул пару латексных перчаток.

— Бахилы нужны?

— Обойдемся без них. — Она дунула в перчатки и натянула их. Кевин сразу же подошел к столу и открыл крышку первой коробки. — Джекпот. — Он достал маленькую видеокассету, изучил ее и протянул напарнице. — Написано «Энди». Знаешь такую?

— Неа. Думаешь домашнее видео или убийство?

— Камеры на месте убийства Пеппер не было, так что голосую за домашнее видео. — Он порылся в коробке. — И еще женские имена. Точно домашнее видео.

— Ставлю двести баксов на то, что там убийство. — Фара взяла у мужчины кассету и присела перед видеомагнитофоном. — Ого, погоди, тут еще одна. — Она извлекла кассету, потом открыла крышку и обнаружила мини-картридж. — Боже, давно таких не видела. Старье. — Она повернула голову, чтобы прочитать надпись на наклейке. — Написано «Тоня».

Кевин закрыл крышку коробки и повернулся к телевизору, скрестив руки на широкой груди.

— Врубай.

Она нажала на кнопку включения телека и присела на корточки, тогда как видеомагнитофон с жужжанием включился. Видеозапись была остановлена на середине сцены. Фара напряглась при виде блондинки, которая лежала на спине полу с заклеенным изолентой ртом. Ножевых ранений не было. Вместо этого коричневая рубашка словно шевелилась, и Фара резко вдохнула, когда поняла, что видит.