Хозяин рассказал, что Симмонс жил в этой квартире уже четыре года, и особо подчеркнул, что у него еще пять комнат в доме номер десять. Домовладелец взял ключи и отправился провожать полицейских.
" Квартира находилась на четвертом этаже. Открыв дверь, бизнесмен пропустил вперед О'Тула и сержанта. Когда он прошел за ними в апартаменты Симмонса, то даже присвистнул от удивления:
– Я и представления не имел, что у хромого Верна такая роскошь!
Квартира была обставлена дорогой мебелью. На полу – пушистые толстые ковры, на окнах – изящные жалюзи, тяжелые шелковые шторы. Создалось ощущение, что они попали в дорогой магазин. В углу гостиной – огромный бар со стойкой, полный самых изысканных напитков. Комната-гардероб предоставляла на выбор одежду из любой коллекции известных модельеров, обувь ручной работы.
– Скажите, а у Симмонса был непромокаемый плащ?
– Не думаю, он обычно ходил с зонтом. В плаще я его никогда не видел.
О'Тул кивнул хозяину:
– Это все. Вы можете быть свободны. Спасибо за помощь. Мы вернем вам ключи, когда закончим осмотр.
Мужчина неохотно удалился.
О'Тул и сержант стали скрупулезно обыскивать квартиру. Прошло полчаса, и Поттер разворчался:
– Это похоже на поиски клада. Пока вы обшарите все пять комнат, пройдет чертова уйма времени.
И тут из одной из комнат послышался голос сержанта:
– Лейтенант О'Тул!
Лейтенант извлек из-под огромного ковра пачку в тысячу долларов сотенными. Точно такая же упаковка была спрятана в обшивке одного из кресел. Третью пачку сержант обнаружил в альбоме с фотографиями. Еще тысяча банкнот оказалась в одном из ботинок. Последнюю пачку денег на ту же сумму они нашли под шелковой подкладкой одной из шляп.
– По крайней мере, – ухмыльнулся Поттер, оглядывая кучу зеленых купюр на столе, – этот клад будет приятным сюрпризом для его вдовы.
– Перед нами грязные деньги. Они – плод гнусного мошенничества, – брезгливо заметил О'Тул.
– А кто может подтвердить это преступление, не выдав свои грехи? Ева мертва, художник мертв, доказательств нет.
В ванной комнате в ящике для белья сержант нашел какой-то пакет. О'Тул вскрыл его и извлек оттуда фотопленку. Поттер мгновенно просмотрел ее на свет и передал лейтенанту, будто желая поскорее избавиться от скверны.
– Теперь понятно, какое орудие Симмонс использовал как средство шантажа. Ясно, за что ему платила Ева. Хотя вряд ли это ее деньги. В последнее время ей негде было их доставать. Думаю, существует другой неиссякаемый источник. Хромой получал мзду еще от кого-то, причем твердую и постоянную сумму, ведь он был свидетелем убийства, – размышлял О'Тул.
– Наконец-то ты поверил в мою версию, о которой я тебе уже давно твержу, – обрадовался Поттер.
– Согласен, дружище! Ты провернул гигантскую работу. Хотя влюбленный мужчина, говорят, не способен мыслить логически.
Поттер и ухом не повел в ответ на ироническую эскападу лейтенанта.
– Что будем делать дальше, шеф?
– А теперь надо кое-что уничтожить, чтобы суду не за что было зацепиться в этом чертовски запутанном деле, Гирам.
– А разве дело уже открыто?
– Открою. И на этот раз, Поттер, все должно сойтись. Мы, как саперы, не имеем права на ошибку.
– Ты даешь мне зеленую улицу?
– Да. Только не закусывай удила, старик, – предупредил лейтенант.
Сев в машину, О'Тул назвал адрес Торнтона, и Поттер поспешил предостеречь:
– Туда мне лучше больше не ездить. Кажется, я совсем не нравлюсь почитателю Овидия.
– Думаю, не больше, чем я. Так что отправимся вместе, раз уж ты по горло увяз в этой истории.
Дворецкий Торнтона открыл дверь тотчас и пошел доложить хозяину. Наверху слышались голоса. Через несколько минут спустился Торнтон в сопровождении грузного человека, в котором Поттер узнал Виллиса Кента, известного адвоката с солидной репутацией.
– Знакомьтесь, – предложил Торнтон, – мой адвокат, господин Кент. Господа Гирам Поттер и О'Тул. – Он оглядел лейтенанта и, решив не замечать его более, обратился к Поттеру:
– Ну как, Поттер? Все еще роетесь в помойках?
– Господин Грант, – резко прервал его Кент, – позвольте мне, как вашему адвокату, вести беседу.
А вы – Гирам Поттер, я вас знаю, – сказал он добродушно. – Я знавал и вашу почтенную тетушку.
– Очень приятно, – невпопад буркнул детектив.
– Мне тоже искренне приятно. Она – очень милая и достойная женщина.
Кент откашлялся и весьма неожиданно изрек:
– А за вашей карьерой, молодой человек, я уже долгое время слежу.
Поттер смутился, не зная, как вести себя, и ответил ясной улыбкой.
Кент принял важную позу, которая весьма гармонировала с его внушительной фигурой. Он снова откашлялся. «Да, этот парень непрост. Но с ним приятно иметь дело», – подумал Гирам. Кент снисходительно взглянул на Торнтона, будто желая убедиться, что его ученый клиент не в состоянии вести дипломатическую беседу. Грант сидел в кресле, выпрямив спину, словно проглотил аршин. Он старался ровно держать и голову, но ему этот трюк не удавался. Сильный тик время от времени перекашивал его тонкое лицо.
– Как вы думаете, сколько времени потребуется, чтобы распутать этот гордиев узел? – спросил Кент, обращаясь к лейтенанту.
