— Да, я согласен идти с тобой, — дрожащими губами произнес он. Опустив голову и смирившись со своей участью, Ричард подошел к Кэтрин. Она же, без всяких церемоний, набросилась на него, припирая его к столбу, на котором висел реквизит для лошадей. И с животной страстью впилась в его шею. Он почувствовал, что его тело слабеет, а конечности немеют. Мысли о том, что Кэтрин его обманула и он умирает не покидали голову Ричарда. Он был в этом уверен. Вот закружилась голова, и желания сопротивляться уже не было. Он приобнял рукой голову Кэтрин, смирившись со своей участью. Его ноги подкосились, и вот он уже лежал на земле и не мог пошевелить даже веком, чтобы моргнуть. Юноша был готов идти на суд к Господу. Но вдруг почувствовал, что по его венам течет что-то похожее на огонь. Руки и ноги будто бы налились свинцом. По всему телу, начиная от кончиков пальцев, началось покалывание и, откуда ни возьмись, появился бешеный прилив сил.
Спустя некоторое время Ричард встал и огляделся вокруг. Все было таким ярким, что резало глаза. Все казалось настолько выразительным, что захотелось плакать. Ему слышался каждый шорох. Он повернулся к Кэтрин. У нее на запястье быстро затягивалась рана, из которой она только что напоила Ричарда. Она подошла к нему и, ласково приобняв, поцеловала и прошептала:
— Это еще не конец, — глядя прямо в глаза, резким движением сворачивает Ричарду шею, тем самым убивая его. Бездыханное тело Ричарда упало на землю. Присев рядом с ним, Кэтрин взяла руку возлюбленного брата и надела ему на палец какой-то перстень. Затем встала и, перешагнув через него, с хитрым взглядом направилась к дому, где лежала еще живая Энн.
— До встречи, любовь моя, — удаляясь в сторону дома, сказала она.
Прошло несколько часов. Ричард по-прежнему лежал неподвижно. Уже давно взошло солнце, и слуги, которые ухаживали за конюшней и садом, пришли на работу. Одним из первых всегда приходил мистер Бишеб. Будучи уже достаточно пожилым мужчиной с худощавым телосложением, он ничуть не уступал в силе и сноровке молодым. Увидев лежащего на земле без признаков жизни мистера Джефферсона, Бишеб без промедления бросился к своему хозяину.
— Сэр, вы живы?! Что с вами? Очнитесь! — ударяя по щекам, пытаясь растормошить Ричарда, мистер Бишеб даже не мог себе представить, что может произойти, когда тот очнется. Когда же очередной раз пожилой мужчина ударил лежащего без сознания Ричарда по щеке, тот открыл глаза и увидел конюха, которого озарял солнечный свет. Ричард подумал, что все, что происходило с ним, не что иное, как сон. Даже ту странность, что он проснулся в конюшне, Ричард связал с таким явлением, как лунатизм. Матушка как-то рассказывала ему про какого-то предка, что тот гулял во сне и слуги запирали все двери на замки, чтобы тот не вышел на улицу. И Ричард подумал, что у него проявилось это же свойство. Встав и оглядевшись вокруг, он не мог понять, что с ним. Все чувства были обострены. Джефферсон слышал малейшие шорохи и самые дальние разговоры. От всего этого стала раскалываться голова, и чувство раздражительности проявлялось все сильней и сильней.
