Теперь настал черед Эммы Уэстон. Стейси никак не могла избавиться от вида Эммы, которая бьет по лицу свою лучшую подругу, как раз перед тем, как они исчезают с экрана. И перед тем, как Джесси исчезла совсем.
Стейси ввела в поисковую строку имя Эммы и сделала глоток колы.
И чуть не поперхнулась, увидев информацию на экране.
– Боже… – Она поставила стакан на стол.
Для пятнадцатилетней девочки этого было многовато.
Эмму Уэстон уже арестовывали за насильственные действия.
И не один раз.
Было уже почти девять, когда Ким вошла в паб «Литтлтон Армс» в Хегли. После этого полного разочарований дня ей нужно было заехать домой, выгулять Барни и хоть что-то перекусить.
Место встречи она выбрала сама – оно находилось приблизительно на равном расстоянии от каждого из них, а кроме того, было в нем нечто, что ей нравилось и чем она не уставала восхищаться.
Паб располагался в бывшем доме лорда Литтлтона, построенном в восемнадцатом веке, и за прошедшие годы тот много раз перестраивался. В девяностых годах прошлого века это было традиционное заведение, похожее на сотни других, расположенных по соседству. И, как и перед многими его современниками, перед ним встал вопрос закрытия после введения запрета на курение и появления десятков заведений с дешевым пивом практически на каждом углу.
В ранние нулевые паб спасло то, что в нем стали продавать пиво, сваренное из свежего хмеля, а сейчас он превратился в модный гастропаб, в который люди приходили, чтобы спокойно выпить после работы или провести время в обстановке непринужденного веселья.
По мнению Ким, это было именно то, что надо.
Он сказал, что будет в восемь тридцать, но Стоун знала, что он подождет. Ведь это у него была причина для встречи с ней.
Детектив осмотрела помещение, в котором, по случаю среды, было не так уж много народа.
Он сидел возле окна и еще издали кивнул ей.
Его волосы цвета соли с перцем были недавно подстрижены и подчеркивали его здоровый вид, хотя усталость в глазах говорила сама за себя. Ким поняла, что его плечи согнулись под грузом безнадежности.
Сначала она подошла к стойке и заказала себе кофе, а потом заняла место напротив.
– Ты пьешь, Тревис? – спросила детектив, глядя на его стакан.
– Всего пару пинт, – ответил мужчина.
– Ты за рулем? – Ким нахмурилась. Мимо нее прошла официантка с подносом, уставленным тарелками с жаренными на вертеле цыплятами и морским окунем.
– Я на такси, – Тревис покачал головой.
– Ну, и в чем же дело? – спросила инспектор. Бармен поставил перед ней чашку кофе и заторопился за стойку, чтобы обслужить четверых человек, только что вошедших в помещение.
– Как нога? – спросил Тревис, отхлебнув из своего бокала.
Ким нахмурилась. Пригласил он ее вовсе не для того, чтобы справляться о ее здоровье.
– Как дома? – ответила она вопросом на вопрос.
Тревис улыбнулся, и в его проницательных голубых глазах мелькнул некий намек на юмор. Никогда раньше они не обсуждали личную жизнь друг друга, и он не собирался начинать делать это сейчас, несмотря на то что они успели узнать друг о друге.
Сказать, что история их отношений состояла из взлетов и падений, значило не сказать ничего.
Пару лет назад, еще будучи сержантами, они работали в паре, и работали хорошо, пока Ким не присвоили звание детектива-инспектора раньше, чем ему. Приблизительно в это же время он, в ее присутствии, ударил по лицу подозреваемого, и она никому об этом не сказала. Так же, как и о том, что когда она задала ему вопрос по поводу его методов, то тоже получила по физиономии. Тревис немедленно написал рапорт с просьбой о переводе в управление Западной Мерсии, и вскоре после этого получил звание инспектора[41].
За годы, прошедшие с тех пор, между ними выросла стена отчуждения и обиды, и каждый из них шел, пробираясь среди трупов, своей дорогой, позабыв о былой дружбе.
А потом им пришлось вместе распутывать преступление, совершенное на почве расовой ненависти, ради чего были объединены силы управлений Западного Мидленда и Западной Мерсии. И только тогда Ким узнала, что его поведение много лет назад объяснялось тем, что жене Тревиса, которой тогда было сорок три года, был поставлен диагноз ранней старческой деменции. А еще она узнала, что Тревис был влюблен в женщину, о которой запрещал себе думать.
Эти знания помогли ей правильно понять его действия, и совместными усилиями они успешно раскрыли деятельность банды полоумных расистов, успев при этом спасти жизнь Стейси Вуд. Именно тогда Стоун впервые встретилась с детективом-сержантом Остином Пенном.
– Я получила твою открытку, – сказала она, пригубив кофе.
– Это самое меньшее, что я мог сделать. Он был отличным парнем.
Ким согласно кивнула, но ничего не сказала.
– Ну, и как там мой сотрудник? – спросил Тревис.
Так вот почему он захотел встретиться…
– Сам спросишь, когда он вернется после окончания этого дела, – ответила Стоун.
– Он не вернется в Западную Мерсию. – Это прозвучало как окончательный приговор.
