— Куда ты идешь? Скоро же полночь.
— Вот именно. — Ник побежал по лестнице, почти взвалив Сэм себе на плечи. Добравшись до верхнего пролета, он открыл дверь на крышу. Внизу простиралась панорама ночного города, а над головой ярко сияли звезды.
— Ого, Ник, — восторженно сказала Сэм. — Ты только посмотри! — Она приподнялась на носочки, чтобы лучше видеть Капитолийский холм и Белый дом.
Ник притянул ее к себе.
— Тебе нравится?
— Конечно. Вид просто чудесный.
— Тебе не холодно?
— Нет, — ответила она, подняв глаза к небу.
Снизу раздался отсчет последних секунд до Нового года.
Ник накрыл щеку Сэм ладонью.
— Я люблю тебя. В этом году, и в следующем, и в каждом последующем до конца моих дней.
Сэм потянулась к нему и поцеловала, когда в небе появились первые огни фейерверка. Поцелуй был нежным, глубоким.
— Я тоже тебя люблю. Это самая лучшая новогодняя ночь в моей жизни.
— Нет, первая из многих, — он расцеловал ее в щеки. — Это я тебе обещаю.
— А мы можем делать это каждый год? — Глаза Сэм горели от восторга, именно такими Ник любил их видеть больше всего. — Мы может приходить и встречать Новый год здесь?
— Звучит, как план, — сказал он, но ему было сложно говорить от нахлынувших эмоций. Ник даже понятия не имел, что можно любить так сильно. — В следующий раз я захвачу шампанское.
— Оно нам не нужно.
Хоть на улице и было холодно, и из ртов вырывались клубы пара, они стояли на крыше, досматривая фейерверк до конца. Ник обнимал Сэм сзади, вдыхая ее аромат, смешанный с жасмином и ванилью, который он узнает где угодно.
— Мне нравится, как цвета фейерверка играют на памятниках, — сказала Сэм, накрывая руки Ника на своей талии.
— Угу, мне тоже.
Последний залп фейерверка сопровождался яркой вспышкой и оглушительными криками. Сэм устало выдохнула.
— Это было великолепно, — она повернула голову к Нику. — Спасибо тебе за это.
— У меня есть ода теория.
— Что еще за теория?
Не в силах устоять, Ник наклонился и поцеловал Сэм.
— Как встретишь первые минуты нового года, так его и проведешь. — Подключая язык, Ник провел им по ее нижней губе, распаляя Сэм, заставляя ее развернуться и обхватить его руками за шею. Губы, языки, зубы все смешалось в страстном танце. Опустив руки ниже, он положил их ей на попку и слегка приподнял. Сэм удивила его, обвив его талию ногами.
— Полагаю, ты согласна с моей теорией, — сказал он, когда им пришлось прервать поцелуй из-за нехватки воздуха. Он отчаянно ее желал, словно они не были вместе целую вечность, а не несколько часов.
