На сцене снова возник человек с восковым лицом, под энергичный аккомпанемент дамы в лиловом платье затянувший очередную меланхоличную песнь. Кейт прижала ладони к лицу, чувствуя, что ей не хватает воздуха. Было только одиннадцать часов. Обидится ли Джонни, если она предложит уйти? Еще немного, и здесь, наверное, нечем будет дышать. Публика все прибывала, люди спускались по узким ступенькам и рассаживались по сумрачным углам. Появилась сладкоголосая мадам. Игриво покачивая телесами, выпирающими из черного бархата, она запела "Алуэтту". Певица закатывала глаза, взмахивала пухлыми ручками, словом, старалась изо всех сил. Джонни благодарно захлопал. Кейт пожалела, что выпила слишком много вина. Сколько? Вряд ли больше двух бокалов. Как глупо, что от такого количества у нее закружилась голова. Девушка знаком остановила официанта, который уже собирался опять наполнить ее бокал, и откинулась на спинку стула. Густой и проникновенный голос певицы звучал, казалось, у нее в голове. Внезапно перед глазами все поплыло, свет в зале замерцал, а лицо Джонни, покачивавшееся в такт музыке, отодвинулось куда-то далеко-далеко.
— Кейт, — его голос донесся словно сквозь вату, — с вами все в порядке?
— Я очень устала, — сказала она. — Если не возражаете...
Но девушка не успела закончить, так как в этот миг без всякого предупреждения в зале погас свет.
Подвыпившие посетители оглушительно загалдели. Какая-то девица рядом с Кейт залилась тоненьким смехом. Люди, словно обезумев, повскакивали с мест и бросились к выходу. В следующую секунду загремел голос мадам, лишившийся вдруг сладости и проникновенности.
— Прошу всех оставаться на своих местах. Ничего страшного не произошло, всего-навсего перегорели пробки. Сейчас все будет в порядке.
— Кейт, как вы? — Голос Джонни раздался прямо у ее уха. Она ощутила его пальцы на своей руке.
Кто-то принялся зажигать спички, из темноты проступали фантасмагорические лица-маски и тут же опять исчезали. Это вполне могли быть лица тех несчастных, что некогда были брошены умирать в жуткое подземелье. А рука Джонни, крепко ухватившая ее за запястье, вполне могла принадлежать товарищу по несчастью. Внезапно на сцене появилась мадам с канделябром, полным зажженных свечей. Ее широкое обрюзгшее лицо, белым пятном мерцавшее в золотистом полумраке, было исполнено какого-то зловещего веселья.
У Кейт перехватило дыхание. Она попыталась встать.
— Сидите! — властно сказал Джонни. — Через минуту зажгут свет.
Но Кейт уже пробиралась к двери. Она споткнулась о табурет и услышала позади грохот отодвигаемого стола. Это Джонни поспешил подхватить ее.
— Кейт, не впадайте в панику! Все в порядке. Свет сейчас включат...
Впереди зияла чернота винтовой лестницы. Кейт решительно, хотя и не совсем твердо держась на ногах, устремилась туда. Она осторожно поставила ногу на ступеньку. Скорее к звездам, к свежему ночному воздуху.
— Кейт, не валяйте дурака. Подождите.
Еще ступенька... И тут в лицо Кейт ударил сноп света. Она отпрянула и потеряла равновесие. Чей-то голос, удивленно выкрикнувший ее имя, донесся словно сквозь сон...
VI
Кейт открыла глаза. Оказывается, это был вовсе не сон. Она и в самом деле ехала в такси, а рядом сидел Люсиан Крей. Нестерпимо болела голова; Кейт чуть скосила глаза. Знакомый четкий профиль выделялся на фоне окна.
— Люсиан! — тихо позвала она, стараясь не шевелиться.
Он обернулся.
— Привет. — Голос его был спокоен.
— Вы мне не позвонили.
— Я освободился слишком поздно и вас уже не застал.
Кейт попыталась выпрямиться. Голова раскалывалась от боли.
— Как вы узнали, где я?
— Мне сообщил портье. Он слышал, как ваш спутник разговаривал с таксистом.
— И вы последовали за нами?
— Нет.
Кейт не нашлась что сказать на этот простой и ровным счетом ничего не объясняющий ответ. Они миновали еще одну-две улицы, прежде чем она спросила, впрочем, без особого интереса:
— А где Джонни? Почему я с вами?
— Джонни откланялся, как только я заявил свои претензии. Кроме того, до него наконец дошло, что вам не очень-то понравилось это место.
— В темноте все выглядело таким призрачным. Страшно хотелось выбраться оттуда как можно скорее. Я не могла там оставаться. — Голос девушки задрожал. Кейт вспомнила, как лишенные тел лица плавали вокруг нее в прерывистом свете спичек.
— Похоже, я повела себя как последняя дура? — смущенно спросила она.
— Вы хорошенько приложились головой о каменные ступени. — Голос Люсиана был совершенно серьезен. — Судя по всему, у вас талант попадать в неприятные ситуации.
— Вы испугали меня своим фонариком. Ведь это были вы?
— Спешил к вам на помощь, — все так же невозмутимо ответил Люсиан.
— Но там ведь не происходило ничего особенного? Чем вы могли мне помочь?
— Избавить вас от клаустрофобии я, конечно, не мог. Надо сказать, идея вашего друга Джонни провести веселый вечер получила не вполне удачное воплощение.
