Идея Уильяма оказалась просто замечательной. И теперь Кейт три-четыре дня в неделю выполняла самые разные поручения, что, вкупе с доходами от продажи рисунков, позволяло платить за небольшую квартирку в Вест-Кенсингтоне. Кейт была привязана к этой полуподвальной квартирке в основном из-за хозяйки миссис Пиблз, чья доброжелательность могла сравниться лишь с доброжелательностью занесенного над головой томагавка, и в такой же степени оказывала бодрящее воздействие. Если в доме притаилась такая особа, как миссис Пиблз, жизнь полна неожиданностей, а последнее очень много значило для Кейт. Работа у миссис Дикс не только приносила солидную денежную прибавку, но и сама по себе оказалась интересной и приятно непредсказуемой. Помимо всего прочего Кейт удалось сделать несколько превосходных набросков необычных старушечьих лиц в стиле Рембрандта, а уж рисунков Детей и собак, резвящихся среди опавшей листвы и цветущих хризантем Кенсингтон-гарденз, накопилось предостаточно. Кейт очень рассчитывала в один прекрасный день продать свои творения.
Но даже если отвлечься от финансовых вопросов, то жизнь Кейт стала гораздо интереснее. Переступая порог кабинета всегда серьезной мисс Сквайрс — если быть более точным, кабинет представлял собой крошечную темную комнатку, примостившуюся под лестницей, что вела в недоступные простым смертным владения миссис Дикс, — Кейт никогда не знала, что за поручение ждет ее на этот раз. То ли надо будет поспеть на поезд в Саутхемптон, дабы встретить престарелую американскую пару, то ли отправиться на рынок "Портобелло-Роуд" в поисках какой-нибудь особенной старинной вещицы, заказанной клиентом.
До этого утра миссис Дикс оставалась для Кейт абсолютной загадкой. Мисс Сквайрс как-то проговорилась, что в жизнь владелицы агентства некогда вторглась Трагедия. Супруг миссис Дикс пропал при выполнении какого-то секретного поручения, некоего тайного задания, упоминать о котором разрешалось лишь в священных пределах МИ-5. Минуло уже пятнадцать лет, но бедняжка до сих пор отказывается поверить в смерть горячо любимого супруга. Каждое утро она просыпается с твердым убеждением, что именно сегодня он вернется домой. Каждый день она просушивает его постель, постоянно пополняет запасы продуктов и напитков, и — в этом месте своего рассказа мисс Сквайрс всякий раз сочувственно вздыхала — все эти долгие пятнадцать лет бедная миссис Дикс каким-то непостижимым образом поддерживает в своих комнатах атмосферу напряженного ожидания. Все это очень и очень печально, так как по прошествии такого срока никакой надежды, конечно же, нет. Да и кроме того, в свое время у берегов Португалии на сушу выбросило тело, которое так и не удалось однозначно опознать, но мало кто сомневался, что это майор Дикс. И даже если это не так, то ведь имелся Железный Занавес. Но какие-либо конкретные сведения или, на худой конец, слухи о пребывании неизвестного англичанина в какой-нибудь сибирской тюрьме отсутствовали начисто. Этот вопрос ни разу не поднимался в парламенте. Так что, судя по всему, бедняжке миссис Дикс предстояло и дальше жить в своем придуманном мире.
И до этого дня миссис Дикс, которая и своим агентством занималась с тем особым рвением и эксцентричностью, что присущи лишь гениям и безумцам, оставалась столь же незримой, как и ее муж. Во всяком случае для Кейт, которая была лишь одной из внештатных сотрудниц, пробавлявшихся мелкими поручениями. Разумеется, более важные персоны из тех, которым доверялись особые задания вроде покупок для жены премьер-министра, удостаивались чести лицезреть главу агентства. Ну и конечно же, миссис Дикс лично принимала неординарных клиентов, выражавших заинтересованность в приобретении, к примеру, набора шахмат Фаберже, о котором в последний раз слышали в Александрии, или алмаза и рубиновой тиары покойной герцогини, что, по слухам, собираются выставить на аукцион... Впрочем, подобные заказы являлись большой редкостью. Чаще клиенты изъявляли желание приобрести угольную грелку, мановением руки превращавшуюся в печку для жарки мяса, или же подставку для зонтика, оборудованную цветочными горшками.
Мисс Сквайрс, благоволившая к Кейт, иногда оставляла свою обычную сдержанность и скороговоркой начинала жаловаться на студентов-медиков, требовавших приобрести для них партию скелетов и прочих не менее ужасных наглядных пособий. Какая трагедия, сетовала добрейшая мисс Сквайрс, что миссис Дикс, которая в состоянии добыть аравийских белых верблюдов или жемчуг с Большого Барьерного Рифа, никак не может отыскать пропавшего мужа. Бедняжка по-прежнему отказывается верить, что мистер Дикс покоится в безымянной могиле где-то на берегу реки Тежу.
Размышляя обо всем этом, Кейт испытывала легкое волнение от предстоящей встречи с легендарной дамой. Она уже собиралась ступить на узкую лестницу, как услышала негромкий голос мисс Сквайрс:
— Это вы, Кейт? Для вас сегодня особое задание, милочка. Вам предстоит замечательная поездка.
Кейт просунула голову в приоткрытую дверь крошечного темного кабинета:
— И куда же я поеду?
