Кейт сунула записку в конверт, надписала имя Уильяма и пристроила конверт на туалетном столике. Она попросит портье дать мистеру Говарду ключ от ее номера. Вряд ли тот посмеет отказать. Скорее всего, юноша очаровательно улыбнется и спросит, как ей нравится Рим и посетила ли она знаменитые фонтаны. Он ведь не озабочен судьбами утонувших англичан и маленьких девочек в кисейных платьицах.
Кейт собралась было выйти из номера, как зазвонил телефон. Она порывисто сняла трубку. Быть может, на этот раз связь будет лучше и ей удастся поговорить с Люсианом Креем.
Но это был всего лишь Джонни. Кейт с трудом подавила досаду. Джонни, конечно, растяпа, но намерения у него самые благие.
— Привет, Кейт. Вы не передумали? Может, все-таки полетим вместе?
— Нет, Джонни. Сегодня приезжает Уильям.
— Уильям? Кто это? — в голосе Джонни появились сварливо-подозрительные интонации.
— Мой старинный друг. У него свои взгляды на то, как следует присматривать за мной. — Кейт знала, что наносит удар ниже пояса, но злость на Джонни еще не прошла.
Тот неожиданно фыркнул, потом весело рассмеялся:
— Итак, вы приглядываете за потерявшейся девчонкой, ваш дружок приглядывает за вами, а кто станет приглядывать за ним? Вся эта история превращается в самый настоящий фарс.
— Ничего подобного, — нежным голоском протянула Кейт. — Уильям отлично разбирается в автомобилях, так что вы можете с чистой совестью лететь в Лондон.
Последовало короткое молчание.
— Положим, я заслужил оплеуху, — мрачно буркнул Джонни, и Кейт стало стыдно. — Но я по-прежнему думаю, что вам следует лететь со мной. Держу пари, что в своих поисках вы не продвинетесь ни на дюйм, с Уильямом или без оного. Таинственные звонки еще были?
— Нет.
— Скверно. Вы абсолютно уверены, что не расслышали название той деревушки в Сомерсете?
— Совершенно. К великому сожалению.
— М-да. Ну что ж, я купил билет на дневной рейс. Думаю, успею.
— Не теряйте времени, — холодно напутствовала Кейт, — и не ждите меня. Счастливой дороги, Джонни, и прощайте.
— Мне кажется, вы на редкость безрассудная особа, дорогая моя Кейт.
— Почему это? Неужели вы боитесь, что я нечаянно свалюсь в Тибр?
Джонни искренне расхохотался.
— Нет, конечно, нет. Вы ведь умная девушка. И сумеете о себе позаботиться.
* * *
Визиты на улочку у Аппиевой дороги посредством такси становились самой настоящей роскошью. А потому Кейт самонадеянно решила, что прекрасно доедет и на трамвае. В результате всю дорогу она протряслась в переполненном чреве металлического монстра, судорожно цепляясь за поручень. Трамвай громыхал по улицам Рима, а Кейт швыряло то на благоухающих чесноком рабочих, не упускавших случая покрепче прижать к себе анемичную уроженку туманного Альбиона, то на суровых старух в черных одеяниях. Последние взирали на нее с нескрываемым осуждением. Кейт готова была душу отдать за карандаш и бумагу, так ей хотелось зарисовать эти смуглые, иссохшие лица, эти прикрытые тяжелыми веками глаза, не дававшие покоя Леонардо и Микеланджело. Над Римом сияло осеннее солнце, каштаны и акации бросали на мостовую ажурную тень, ласковый ветерок лениво ворошил золотисто-багряную листву. Трамвай грохотал по оживленным улицам, город вибрировал дневной суетой.
И лишь знакомая улочка в стороне от Аппиевой дороги была тиха и пустынна. Убогий домишко встретил Кейт безмолвием темных окон. На стук в дверь никто не отозвался. Девушка немного постояла перед домом, представляя, как темные глаза Джанетты, напоминающие глаза пойманного зверька, разглядывают ее сейчас. Если так оно и есть, то Джанетта, похоже, не собирается открывать дверь.
Кейт отступила, озадаченная и расстроенная. Дурные предчувствия с новой силой нахлынули на нее. В тишине этих мрачных комнат могло затаиться все что угодно...
В стороне замерла группка обитательниц соседних домов. Кейт решительно направилась к ним.
— Parla Inglese? — с надеждой спросила она.
Женщины с сожалением закачали головами. Потом одна из них пронзительно выкрикнула:
— Магдалиииина!
Дверь одного из домов немедленно распахнулась, и выглянуло девичье лицо. Женщина, очевидно мать девушки, махнула рукой, и та подошла к ним. Женщина горделиво глянула на Кейт:
— Inglese, signorina!
Девушка застенчиво улыбнулась, она была еще совсем юная.
— Я приехала повидать Джанетту, — объяснила Кейт, — но, похоже, что в доме никого нет. Вы не знаете, где она?
