– Ты их проходила, чтобы приличную одежду превращать в неприличную, – усмехнулась я. – А тут наоборот. Да еще так, – прикоснулась к бедрам, которые всегда были узкими в любой одежде, а сейчас казались чуть шире и округлее. Какой-то чертов обман зрения! Впрочем, так даже лучше. Я должна была обмануть избирательную публику и особенно продюсера.
Даша застегнула последнюю пуговку на шее, подхватила второе зеркало и показала мне то, что получилось с тыльной стороны. Собранные волосы, ровный ряд позвонков, увитых татуировками, вырез, ставший чуть меньше, но уже не открывающий пятую точку.
– У тебя крутые татухи. Грех их прятать, – прошептала она. – Пусть впереди все целомудренно, но тут ты останешься собой, – она ткнула пальцем в спину.
И я впервые с ней согласилась.
***
– Расскажешь, зачем тебе понадобилось приглашение или мне опять гадать, что ты задумал? – Йохан перевел взгляд от одинаковой публики, на которой он не хотел бы появляться, если бы не одно «но», которое по какой-то непонятной для него причине все еще не оказалось здесь.
Натан стоял рядом с братом и не спеша покачивал в руке полупустой бокал с шампанским. На дне бокала играли пузырьки, мерцающие в свете софитов.
– А ты угадай, – Йохан натянуто улыбнулся, хотя мог и не делать этого.
Брата он обдурить навряд ли мог, потому что несмотря на то, что их отец оказался тем еще бабником, и настругал детей от разных женщин, совершенно не смущаясь наличия официальной жены, Натан был слишком похож на Йохана. Даже в том, как хмурил брови или кривил показную улыбку, одаривая ею проходящих мимо них гостей. И если Натана здесь хорошо знали, то Йохан был для них темной лошадкой. Они и сторонились его, окидывая то заинтересованным взглядом, то пустым, как и он их.
– Когда я получил от тебя звонок, то сразу же подумал про отца. Ты вернулся, еще и пытаешься здесь обосноваться, покупая дом. Йохан, зачем тебе дом?
– Я привык жить в комфорте и без соседей.
Натан усмехнулся.
– Значит, не угадал, – протянул брат, кивнув кому-то из проходящей мимо троицы. – На отца тебе плевать. С отчимом-то все в порядке?
– Джос Ван Ден Брук живее всех живых, – отозвался Йохан, рассматривая публику. И где же она?
– Передавай ему привет, – Натан на удивление для Йохана оказался дружелюбным парнем и даже сблизился с его семьей. Мать пусть и злилась на бывшего мужа за активную половую жизнь на стороне, но к Натану относилась хорошо. Ибо дети не должны отвечать за ошибки взрослых.
– Обязательно, – хмуро произнес Йохан, начиная подозревать то, что его маленькая певчая птичка испугалась.
– Тогда дело в нем, – брат кивнул на стоящего в паре десятков метров расплывшейся фигуре.
Дыхание Йохана участилось. Прислушавшись к голосам, он узнал говорившего толстяка. Да, Станислав Костин с момента их последней встречи знатно раздобрел в ширь, при этом голос мужчины стал хриплым и тяжелым, с одышкой из-за ожирения.
– Мстительный Йохан, – протянул брат, осушая бокал. Передал его проходящему мимо официанту и подхватил новый. – Решил вернуть Костина на дно, из которого он вылез благодаря тебе?
Мужчина остался стоять, держа спину прямо, но дичайшее желание подойди и избить толстяка в нем бушевало пожаром, способным уничтожить не только здоровье Костина, но и карьеру самого Йохана. Его имя, бизнес, известность. Поэтому он, скрипя зубами, ответил брату:
– Будь добр, наслаждайся вечером, прикрывай мою спину и не болтай лишнего. Особенно при ней.
Натан рассмеялся, играя новым бокалом, который успел обменять у проходящего мимо официанта. Повернув голову чуть вбок, он долго всматривался в фигурку, тихо присвистывая.
– Кстати, о ней, – протянул Натан. – А вот и твоя новая игрушка. Ты же ее тут высматриваешь, братец?
Если бы Йохан был уверен, что в его груди есть сердце, способное на чувство, то удар, эхом отразившийся от легких, он списал бы на то самое. На чувства, которые Оксана могла вызвать в нем.
Ее фигуру он не узнавал. Да и она вся была настолько непривычной, что хотелось бы запечатлеть этот момент. Оставить не только обрывками в памяти, но и яркими картинками в его личной папке. Именно там, где хранилась история Оксана Деминой. Ее карьера, взлет и теперь уже падение.
– Иди к своей игрушке, а я прикрою твою спину, – Натан усмехнулся, наблюдая за братом. – Иначе слюной подавишься.
– Она нужна для другого, – Йохан тонко уловил настрой мужчины. Его недвусмысленный намек и хитрый прищур.
– Как знаешь, – Натан пожал плечами, уже провожая старшего брата задумчивым взглядом. К шампанскому он больше не притронулся. Пожалуй, его ждал отличный концерт впереди, и пропустить все из-за алкоголя в крови не хотелось. Йохан всегда мог удивить брата, а то, что должно было случиться сегодня и вовсе рождало в нем болезненное желание оказаться на месте старшего брата и испытать весь спектр эмоций, которыми он, увы, был обделен.
