– И все-таки. – Старик заглянул ей в глаза. – Вы сказали, что Карелин избивал человека. Что это значит?
– Он так сильно бил его по лицу…
– Кулаками? – поинтересовалась Полина.
– Да, много раз. Когда парень упал, я подумала, что он умер.
– А что, если нам пойти сейчас на хозяйственный двор? – предложил Мохначев. – Уверен, там все прояснится.
– Нет, я не пойду! – воскликнула Анжелика.
– Но ведь если вы не узнаете, чем все закончилось, вы не сможете сегодня заснуть. Идемте, не глупите. С вами ничего не случится.
Полина, хоть и была напугана, отправилась вместе с ними.
Когда они пришли на хоздвор, то увидели, что на скамейке сидит парень лет двадцати с небольшим и держит у носа мокрую окровавленную тряпку. Рядом стоят Карелин и двое охранников.
– Вадим Егорович! – Оставив дам, Иван Ильич направился к гаражу.
Карелин что-то сказал охранникам и пошел навстречу. Охранники тем временем загородили собой нарушителя.
Вадим Егорович перехватил Мохначева на половине пути, развернул и повел обратно. Причем сделал это очень непринужденно. Ни у кого не возникло даже тени сомнения, что Карелин так поступил только из расположения к старику.
– Что случилось? – спросил Мохначев, когда они подошли к Полине и Анжелике.
– Ничего страшного, – спокойно ответил Карелин. Однако, увидев испуганные лица обеих женщин, вдруг сдался: – Вижу, без объяснений не обойтись… Сегодня на территории санатория охранники задержали постороннего. Обычная, заурядная ситуация.
– Говорят, у него было оружие… – напомнила Анжелика.
– Ерунда. Газовый пистолет.
– И все-таки, – нахмурился Мохначев.
– Уверяю вас. Он не собирался расстреливать отдыхающих… Ну, хорошо… – Карелин вздохнул. – Парень – наш бывший работник.
– Где он работал?
– В охране.
– Вот те раз…
– Не так давно был уволен за то, что украл деньги.
– Большую сумму?
– Нет, небольшую. Зарплату бухгалтерши, которую она по дурости оставила в ящике стола. К счастью, момент хищения был зафиксирован камерой наблюдения.
– Что же он, – вмешалась Полина, – охранник и не знал, что есть камера наблюдения?
Карелин объяснил:
– Просто балбес.
– Надеюсь, вы сообщили в полицию? – спросил Мохначев.
Ответ последовал неожиданный:
– Нет.
– Позвольте спросить, почему?
– Деньги вернул, к тому же у него мать в больнице лежала. Пожалели.
– Но ведь теперь он зачем-то пришел? И… хотел бы спросить: зачем вы его так сильно избили?
Глядя себе под ноги, Карелин изменился в лице. Наконец он все объяснил:
– Этот прохвост – сын моего покойного друга. Я несу за него ответственность, поэтому не заявляю в полицию. Если негодяя осудят, это убьет его мать.
Кажется, объяснение было исчерпывающим. Все притихли. Анжелика окончательно успокоилась, Полина же, наоборот, почему-то занервничала.
– Значит, «учили» вы его по-отцовски? – Мохначев понятливо улыбнулся.
– Надеялся без этого обойтись. Но не сдержался.
– Хочется верить, что толк, в конце концов, будет.
– Будет, – уверенно заявил Карелин. – Осенью он пойдет в армию.
– Вот это верно. Там из него сделают человека.
Пропустив мимо ушей слова Ивана Ильича, Карелин как ни в чем не бывало спросил у Полины:
– Как вам экскурсия?
– Очень понравилась, – на всякий случай она ответила сдержанно. – Кстати, большое спасибо вам за ватрушки.
Взглянув на нее с удивлением, Вадим Егорович холодно произнес:
– Не понимаю вас.
– Это не вы? – Полина немедленно объяснилась: – Ради бога простите. Я подумала… Господи! Забудьте, пожалуйста, я ошиблась.
– Как ваш супруг? – поинтересовался Карелин.
– Второй день не могу до него дозвониться.
– И это нормально. Связь ни к черту.
– Думаете, дело только в плохой связи? – доверчиво спросила Полина.
– Уверен. Что еще может случиться с таким опытным сыщиком?
Мохначев с удивлением взглянул на Полину:
– Ваш муж расследует ограбление приисковой машины?
Анжелика, в свою очередь, потрясенно уставилась на Мохначева.
– Здесь произошло ограбление?
Полина развела руками, сказав при этом:
– Эффект домино…
Вечером, возвращаясь в свой номер, она всю дорогу прислушивалась к себе. Ей казалось, с ребенком что-то не так. В номере Полина легла на кровать и долго лежала, пытаясь расшифровать свои ощущения, все, что происходило в ее организме. Ничего, кроме урчания в желудке, она не услышала. Ребенок не двигался.
Вконец расстроившись, Полина позвонила Сергею. Он по-прежнему был недоступен. Тогда она позвонила Юдину.
Тот ответил:
– Слушаю вас, Полина Сергеевна.
– Константин Михайлович, второй день не могу дозвониться до мужа.
– Вероятно, мотается по району.
Полина въедливо осведомилась:
– Даже если мотается, мог бы мне позвонить?
– Эту претензию адресуйте ему самому.
– Простите… Просто я очень волнуюсь. Обычно он хоть раз в день звонит.
– День еще не закончился.
– Простите.
– Не стоит извиняться. Я очень хорошо вас понимаю. Если хотите, могу пригласить вас в Слюдянку. Там есть неплохой ресторан. Немного развеетесь.
– Спасибо. Что-то не хочется.
– Тогда будьте здоровы. И, если нужно, звоните.
Полина бросила телефон на кровать. Поворочавшись, потихоньку уснула. Проснулась, когда за окном было темно. Нащупала телефон и снова позвонила Сергею. Он был недоступен.
