Если фаэтон мисс Тавернер и не положил конец всем пересудам относительно ее поездки из Лондона в Брайтон, то определенно заставил многих умолкнуть. А ее привычка ездить повсюду в Брайтоне стала восприниматься как легкое сумасбродство леди, располагающей состоянием в восемьдесят тысяч фунтов. Но, хотя престарелые матроны, за редким исключением, начали без предубеждения относиться к ее странностям, оставался один человек, явно не собиравшийся даровать ей свое прощение. Лорд Уорт старательно избегал ее общества, а когда они все-таки встречались, вел себя с ней с холодной вежливостью, которая показывала ей – события в Какфилде еще свежи в его памяти. Поскольку Джудит неоднократно уверяла и себя и его, что испытывает к нему непреодолимую неприязнь, ей ничего не оставалось, как отвечать ему той же холодностью, одновременно флиртуя с капитаном Одли. Последний выказывал пылкую готовность повиноваться ей во всех ее прихотях, и после того, как они дважды протанцевали половину вечера вдвоем и еще дважды их видели вместе на эспланаде в ее фаэтоне, по городку поползли слухи, что капитану, похоже, улыбнулась несказанная удача.
Даже миссис Скаттергуд начала относиться к этой интрижке весьма серьезно и после недельного молчаливого наблюдения за происходящим однажды вечером после обеда отважилась поднять эту тему в разговоре:
– Джудит, любовь моя, – сказала она, перебирая погонные ярды бахромы, которую старательно вязала, – я не говорила вам, что встретила леди Дауншир на Ист-стрит нынче утром? А потом прошлась с ней обратно до Уэстфилд-Лодж.
– Нет, вы ничего мне не говорили, – ответила мисс Тавернер, откладывая в сторону книгу. – Тому есть причина, что вы решили заговорить об этом?
– О нет, что вы! Но должна признать, я была потрясена ее вопросом о том, когда будет официально объявлено о вашей помолвке с Чарльзом Одли. А я не знала, что ответить.
Джудит звонко рассмеялась.
– Сударыня, надеюсь, вы ответили ей, что не знаете?
Миссис Скаттергуд окинула девушку быстрым и внимательным взглядом.
– Разумеется, я сказала ей: не боюсь того, что подобная помолвка когда-либо состоится. Но, видите ли, все дело в том, что люди начинают задавать вопросы относительно предпочтения, которое вы выказываете Чарльзу. Только не обижайтесь на меня за такую откровенность.
– Обижаться! Как можно?
На лице миссис Скаттергуд отразилась несомненная тревога:
– Но, Джудит, не может ли быть такого, что вы всерьез подумываете о браке с Чарльзом?
Мисс Тавернер, кокетливо улыбнувшись, заявила:
– Мне кажется, вы уже не видите своей бахромы, сударыня. Позвольте позвонить и распорядиться, чтобы вам принесли свечи для работы!
– Не смейтесь надо мной! – взмолилась дуэнья. – Я ничего не могу сказать плохого о Чарльзе. Напротив, прекрасно отношусь к нему; но ведь он – младший сын, дорогая, к тому же без малейшей надежды на получение наследства! Потому что нелепо предполагать, будто Уорт не женится только ради того, чтобы сделать ему приятное. Я могу с закрытыми глазами перечислить вам несколько молодых дам, имеющих на него самые серьезные виды. И непременно наступит такой день, когда и он задумается о женитьбе.
– Что ж, в таком случае, я с радостью готова пожелать ему счастья! – резко бросила в ответ мисс Тавернер. Подняв книгу, она пробежала несколько страниц глазами, вновь опустила ее и с надеждой осведомилась:
– Это, случайно, не он попросил вас узнать, не собираюсь ли я замуж за капитана Одли?
– Уорт? Что вы, дорогая, честное слово, нет! Он даже не заговаривал со мной об этом.
Мисс Тавернер вновь уткнулась в книгу с видом столь решительным и неприступным, что миссис Скаттергуд почла за благо промолчать.
Она положительно не знала, что и думать. Природная проницательность с самого начала подсказывала ей: Джудит отнюдь не грозит опасность влюбиться в капитана. И намека на то, что люди начинают связывать их имена, должно было хватить, чтобы девушка стала вести себя более осмотрительно, если и в самом деле не собиралась за него замуж; но ее слова не произвели на Джудит вообще никакого впечатления. Она продолжала флиртовать с капитаном, а ее брат однажды добродушно заметил мистеру Тавернеру, что полагает, будто они вдвоем составят чудесную пару.
– Одли и ваша сестра! – неожиданно побледнев, воскликнул его кузен. – Но это же невозможно!
– Невозможно! Почему же? – осведомился Перегрин. – Он славный малый, можете мне поверить, совсем не такой, как Уорт. Стоило мне увидеть его, как я понял – он идеально подходит Джудит. Мне представляется, что они без слов понимают друг друга. Я попробовал было расспросить Джудит, но она лишь покраснела и отшутилась, так и не дав мне определенного ответа.
Собственные же дела Перегрина вскоре претерпели поворот к лучшему. Он обзавелся привычкой ездить в Уортинг два раза в неделю, оставаясь на ночь у Фэйрфордов; вернувшись однажды после очередной такой экспедиции, сообщил Джудит, что сэр Джеффри, которого явно не устраивала неопределенность с помолвкой дочери, решил приехать в Брайтон и повидаться с Уортом.
