– Хороший нож, – говорю, беру его в руку, верчу, рассматриваю. – Откуда он у вас?
– Старинный, по случаю ко мне попал. А почему спрашиваешь? Может, понравился?
– Очень понравился, – признаюсь я.
– Ты
– Дарю! Забирай! – оживился мой попутчик, словно не он, а я делал ему подарок.
Я стал отнекиваться, а потом подумал: «Завтра этот чувак проспится и забудет о своем подарке. Зачем мне с ним спорить?» Выпили мы еще, и тут я вижу, что потолок переворачивается. Залез я на верхнюю полку и вырубился. Проснулся через пару часов. Смотрю, дядьки уже нет, его постели тоже, как будто и не было его. Правда, остались следы нашего пиршества и нож.
Выхожу в коридор и спрашиваю у проводницы, куда мой попутчик делся? Отвечает, что вышел он на первой узловой станции, хотя билет у него до самого Львова. Возвращаюсь в купе и решаю: раз такое дело, заберу нож себе, тем более что дядька мне его подарил. Рассказываю я так долго этот вроде бы незначительный эпизод, чтобы стало понятно дальнейшее.
Начали мне сниться странные сны, похожие на исторические фильмы, и стал я замечать, что порой разговариваю сам с собой, спорю, мое второе «я» приказывает мне, что надо делать. А затем мне стал сниться один и тот же сон, будто я преследую какого-то человека в темной одежде, а лица его никак рассмотреть не могу. Догоняю его, разворачиваю… и в тот же миг просыпаюсь. Эти сны очень сильно действовали мне на нервы. Я изменился: стал раздражительным, вспыхивал по малейшему пустяку, чуть что, готов был лезть в драку. Стал пропускать тренировки, заглядывать в бутылку; ни на секунду не расставался с подаренным ножом, сшил для него кожаные ножны. И вот однажды ночью мне удалось разглядеть лицо человека, которого я преследовал.
Контингент друзей у меня тоже поменялся, и вот я со своими новыми друзьями оказался, уже довольно сильно выпивший, в ресторане «Млын» в Гидропарке. Там мы подсели к двум девчонкам и стали их «клеить», а оказалось, что они ожидали своих ребят. Когда те ребята пришли, между нами началась перепалка. Чтобы администрация ресторана не вызвала милицию, мы ушли выяснять отношения в темноту парка. Завязалась драка. Я был как бешеный, свалил противника с ног и бил его до тех пор, пока тот не затих. Затем пришел на помощь приятелю, сбил и его противника на землю и стал пинать его ногами. Вдруг мне показалось, что этот человек мне знаком. Наклонившись, я осветил мобильным телефоном его окровавленное лицо. Он лежал без сознания. Я понял, что это тот самый человек, которого я преследовал во сне. В голове у меня будто перемкнуло: «Это враг, и он должен умереть!»
Я выхватил нож, собираясь вонзить его в лежащего, но, к счастью, мой приятель мне помешал. Тут послышались милицейские свистки и мы бросились наутек. Я понимал, что в метро меня могут задержать, а другого пути с острова нет, разве что на лодке или вплавь. Хотя была уже осень и вода в Днепре была довольно холодной, я снял всю одежду, вплоть до белья, соорудил из нее тюк, положил его на голову и переплыл на Левый берег, до которого было значительно ближе. Прохладная вода меня отрезвила, и я понял, в какую историю попал. Оказавшись на берегу, я едва смог одеться, так меня трясло, пришлось немного пробежаться, чтобы восстановить кровообращение. Я пошел на автобусную остановку и переехал на Правый берег. Мне было понятно, что скорее всего мой напарник попадет в руки милиции, ведь на острове Гидропарк он как в ловушке. Вряд ли он сможет проделать то же, что и я.
И я забеспокоился. Но тревожило меня не то, что я сделал и что меня может ожидать, а то, что милиция, добравшись до меня, конфискует мой чудесный нож. Поэтому я поехал прямо на родительскую дачу. Запасной ключ лежал в условленном месте. Я спрятал свой нож среди рухляди под крышей сарая. Когда я вернулся в родительскую квартиру, меня там уже ожидала милиция – мой приятель сразу же попался. По непонятным причинам следствие продолжалось целый год, хотя все и так было понятно. Я получил пять лет строгого режима.
Во время следствия мое оружие не фигурировало, и его не искали. О том, что я хотел ударить ножом лежащего человека, знал только удержавший меня приятель, но он об этом умолчал, понимая, что иначе срок наказания может увеличиться.
На зоне я много думал о том, что со мной произошло, узнал о скандинавских рунах, даже пытался читать эзотерическую литературу – и такая попадалась мне в тюремной библиотеке. Но больше всего мне помог разобраться в произошедшем отбывающий со мною срок экстрасенс… Имя его вам знать необязательно.
Экстрасенс считал, что попавший ко мне нож необыкновенный, магический, возможно, с его помощью проводили человеческие жертвоприношения и он постоянно требует крови. Видимо, с человеком, который владел им до меня, происходило что-то неладное, и он избавился от оружия, подбросив его мне. Как иначе объяснить то, что, как только я завладел ножом, моя жизнь резко изменилась?
