Роковые тайны прошлого вторгаются в судьбу Эдди Гайд, молодой вдовы солдата-конфедерата… и именно тогда, когда в ее жизни наконец появился мужчина – сильный, мужественный, добрый, способный сделать ее счастливой. Однако какая беда, какая опасность способны победить истинную любовь – ту, что приходит лишь раз и не умирает никогда?..
Глаза Эдди сверкали от гнева.
– Прочь с дороги! Неудивительно, что южане потерпели поражение, если такие подлецы, как ты, сражаются на их стороне!
Пьяный солдат немного смутился. Он заглянул под шляпку юной девушки, стоявшей позади Эдди:
– По-посмотри, Нат. Взгляни-ка. Ну не красотка ли?
– Об этой негритяночке мы слыхали.
– Она мне вполне подходит. Почти что белая. Эдди быстро встала между Триш и солдатом, поэтому Триш не успела вытащить нож.
– Ваша негритяночка, мэм?
– Тебе бы не помешало обзавестись приличными манерами. – Эдди старалась не повышать голоса, чтобы не привлекать внимания.
– Да ладно вам, чего нервничать. Плачу пару монет за часок с девчонкой. – Солдат вплотную приблизился к Эдди.
От него исходило такое зловоние, что ее затошнило. Она попыталась оттолкнуть парня, но у нее ничего не вышло.
– Если я закричу, первый же порядочный человек раздавит тебя словно жука.
– Спокойненько, как насчет получаса? Сойдемся на этом, час я не продержусь. – Он захохотал. – У меня целую вечность не было девчонки, похоже, на мне сейчас штаны треснут.
– Они к вам пристают, мэм? – Перед ними возник бородатый человек в жилетке из воловьей кожи.
– Да.
– Нет, она выдумывает. У нас просто маленькое дельце. – Взглянув на гиганта, солдат сразу протрезвел. Пытаясь скрыть испуг, он старательно растянул рот в ухмылке. – Мы хотели попользоваться ее негритяночкой. Желаем заплатить. Эй… что…
Бородач сгреб пьяного солдата своими ручищами. Подняв в воздух, он отшвырнул его, как котенка. Тот упал на спину, судорожно глотая воздух, помотал головой, приходя в себя, отполз в сторону, спасаясь от копыт лошадей, привязанных к ограде.
– Тебя никто не просил вмешиваться. – Второй солдат начал пятиться.
Гигант двинулся вслед за ним, произнося слова так тихо, что Эдди пришлось напрячь слух.
– А ну прочь от леди, а то я вас обоих с дерьмом смешаю. Забирай эту пьяную задницу, и проваливайте.
Солдаты двинулись по изрытой колеями улице, и, когда отошли от человека в жилетке на достаточно безопасное расстояние, тот, кого швырнули в грязь, прокричал:
– Никогда не слыхал, чтобы черную шлюху называли леди! – И, выпалив это, он побежал.
Эдди схватила за руку их защитника, который сделал шаг по направлению к солдатам:
– Пусть они уйдут. Пожалуйста. Мы и так причинили вам достаточно беспокойства.
– Миссис Эдди! – К ней подбежал Колин. – Все в порядке?
– С нами все в порядке, Колин. Ты напоил лошадей?
– Да, мэм. Но…
– Этот джентльмен избавил нас от дряни, – тихо сказала Эдди и улыбнулась мужчине.
– С большим удовольствием, мэм. Снятую с головы шляпу с широкими полями, заломленными спереди, украшала длинная серебряная булавка, продетая через тулью и поля. Темно-коричневые, ровно постриженные волнистые волосы закрывали уши. Он был похож на плюшевого медведя, но Эдди подавила желание сказать ему об этом.
Мужчина посмотрел на Триш, стоявшую с опущенной головой:
– Вам и маленькой леди нечего беспокоиться. Я прослежу за этими пронырами. – Он взглянул на мальчишку, вцепившегося в юбку женщины, и девочку постарше, ухватившуюся за него, и пихнул Колина в плечо. – Этот плут готов был подраться.
– Мне бы нож. – Колин расправил худые плечи.
– Идти с ножом против человека сильнее тебя не больно-то разумно. Запомни это, малец. Действуй неожиданно. Используй то, что под рукой, и наноси удар в самое чувствительное место. Бей хоть головой. – Он наклонился и прошептал что-то Колину на ухо. – Сильно ударишь и вышибешь дух. Я видел, как такое проделал парень вполовину тебя ростом.
– Спасибо, мистер. – Колин улыбнулся.
– Пока, леди. – Мужчина еще раз внимательно окинул взглядом Триш, коснулся пальцами края шляпы и ушел.
– Какой очаровательный, правда, Триш?
– Наверное, – пробормотала Триш.
– Что такое «плут», миссис Эдди? – спросил Колин.
– Будь я проклята, если знаю, но, полагаю, ничего хорошего это не значит. – Эдди наклонилась и поправила шляпки на мальчишке и пятилетней девочке.
– Я так и знала! Не надо было мне ехать! – бормотала Триш. – Нужно было остаться дома. Господи! Сжалься надо мной, о Господи! Хотела бы я оказаться дома.
– Прекрати скулить, Триш. Плюнь и держись. – Эдди посмотрела на детей, внимательно ее слушавших. – Что ж, мы обсудим случившееся дома.
– Я всего боюсь, – прошептала себе под нос Триш, но Эдди услышала.
– У тебя есть я! Ты моя лучшая подруга. А сейчас пойдем в магазин Кэша, мне надо выменять пару носков.
Эдди перекинула через плечо лямки сумочки, еще раз поправила шляпку на трехлетнем Диллоне и улыбнулась остальным членам семьи. Она нервничала в толпе, а Триш пугалась до полусмерти.
Эдди взглянула на нее и увидела, что та поджала губы, а большие выразительные глаза бегают из стороны в сторону, как будто девушка ожидает в любой момент нападения. Зная о ее страхе, держалась к ней поближе, пока они двигались по людной улице следом за одиннадцатилетним Колином.