Морозов Андрей: ...в Великой Отечественной войне военная помощь США и Великобритании стала горошиной упавшей на одну из двух весов военного счастья при том, что на чашах уже лежали совершенно одинаковые пудовые гири тоталитарных империй. Поддерживая СССР, высшие англо-американские политические круги преследовали долгосрочные цели увеличения своего влияния в континентальной Европе. Весы, на которые упала горошина, еще долго раскачивались вместе с линией фронта, и каждое колебание их стоило многих тысяч человеческих жизней. Как это не прискорбно, но трудовой и военный подвиг рабочих и солдат стран антигитлеровской коалиции послужил частным политическим интересам. Hoaxer: Книга публикуется в авторской редакции.
На протяжении последних пятидесяти лет появлялись самые разные оценки в отношении боевых действий англо-американских войск и военно-технической помощи СССР со стороны союзников во время Второй Мировой войны. Объективностью они, как правило, не отличались. В периоды охлаждения отношений между СССР и США в советской прессе принят был взгляд на ленд-лиз, как о подачку, которая не сыграла никакой существенной роли в победе СССР над Германией. О том, что Вторая Мировая война включала в себя что-то еще, кроме Великой Отечественной, старались не упоминать на широкой публике. Когда же отношения начинали походить на добрососедские, и прессе для создания дружественных настроений требовалось что-то объединяющее, обе стороны тут же вспоминали о ленд-лизе, полярных конвоях, "Виллисах", "Студебеккерах" и американской тушенке. С наступлением так называемой "гласности" абсолютно ничего не изменилось. С 1991-го года две точки зрения имеют место одновременно. Одна, о незначительности поставок и плохом качестве поставляемого, о малых масштабах военных операций на западных фронтах бытует в прокоммунистических и националистических кругах. Другая, о бескорыстной помощи Соединенных Штатов Америки в огромных размерах, о том, что США и Великобритания — истинные освободители Европы, будоражит умы прозападно настроенных политиков и историков. Действительно же объективного анализа, изначально не ориентированного на конкретный результат, заранее заданный политическим воззрениями анализирующего, не проводилось. Вряд ли результаты такого анализа могут быть опубликованы для широкой общественности, ибо история, а уж, тем более, военная история в современной ситуации очень эффективный инструмент политического давления на массы.
Первоначально Великобритания и США рассматривали СССР как угодно, но только не как союзника в войне с Германией. Коммунизм лидерам ведущих капиталистических держав ни чуть не ближе, чем национал-социализм. Что же касалось заманчивой идеи стравить Гитлера и Сталина, изначально направив вектор агрессивности фашизма на восток, то она потерпела крах, когда 17 сентября советские войска вошли в Польшу с востока и двинулись навстречу немецкому вермархту вовсе не для того, чтобы с ним сразиться, а для того, чтобы разделить Польшу надвое. Вступившая в войну 3 сентября Великобритания могла надеться только на Францию. Советский Союз же был вскоре исключен из Лиги наций за нападение на Финляндию. Западные державы всерьез обсуждали возможность отправки экспедиционных сил для поддержки финнов, параллельно поставляя им вооружение и технику. Поставки были довольно скромные, но небольшой финской армии вполне хватало. К тому же с поставками танков и другого тяжелого вооружения проблем не было — к примеру, значительная часть танкового парка финской армии представляла собой трофеи, взятые в ходе все той же Зимней войны с СССР. В ответ на все эти демонстративные акции СССР не спешил помогать западным демократиям, когда 10 мая 1940 года немцы начали против них "блицкриг". Велик был соблазн ударить в тыл Гитлеру, пока его краса и гордость — танковые и моторизованные дивизии прокладывали себе дорогу на Париж, но два серьезных довода "против" перевешивали.
Первый — кампания на Западе шла очень удачно для немцев. Знаменитые бельгийские форты были захвачены парашютистами с невероятной быстротой, английский экспедиционный корпус, устремившийся отбивать ложное наступление в Бельгии, был отрезан и прижат к морю. Другой удар был направлен в обход укреплений неприступной "Линии Мажино", через Арденны (местность на границе Бельгии и Франции). Шансов на победу у союзников оставалось все меньше (Уже 22 июня с Францией было подписано перемирие).
Второй довод против — собственная неготовность СССР к войне. Если, как утверждает В. Суворов в своей книге "День М", Советский Союз готовился начать войну в июле 1941, то начало ее за год до этого срока сулило бы полный провал. К тому же захват немцами Дании и Норвегии в апреле 1940 года дополнительно указывали на намерения Гитлера продолжать экспансию на Запад. Последовавшая затем кампания немецкой армии на Балканах, захват Крита и высадка немецкого корпуса в Африке подтвердили это. Гитлер старался лишить британцев всех плацдармов в Европе и средиземноморье. Так как промышленная мощь оккупируемых стран была невелика, а в случае с Африкой вообще практически равнялась нулю, эти действия были на руку Москве. Пока Германия тратила человеческие и материальные ресурсы на их захват, СССР мог готовиться к войне дальше и даже немного помогать Германии точно так, как он это и делал.