– Точнее, решили, – перебила я его, – просто держать нас все время под присмотром, а как только все выяснится, быстренько взять все в свои руки.
– Ну примерно так, – согласился Здоренко. – Как видите, я не прогадал. Как только до меня дошло, что машина с вашим номером объявлена во всеобщий розыск, так как вы помогли скрыться грабителям, я сразу начал действовать. Вот только погоняться за вами пришлось, очень уж вы колесить по всяким там закоулкам любите.
– Что ж, хвалю вас за сообразительность, – немного насмешливо произнесла я. – Только не все так, как вы думаете.
– А как я думаю?
– Полагаю, что неправильно. Вы думаете, что мы помогли преступникам, чтобы самим воспользоваться украденными деньгами, я права?
– А разве нет? – взметнул брови майор.
– Нет. Все куда сложнее, и вам стоило бы догадаться, что если мы пошли на такой шаг, то это неспроста.
– Бойкова, хватит уже предисловий, – осадил меня Здоренко. – Говорите начистоту, что там у вас за особенности?
– Эти ребята не сами грабили банки, их заставили это делать, – теперь уже сообщила я ему.
– Это они вам так сказали? – с насмешкой переспросил майор.
– Нет. Мы выяснили, что их шантажируют. Один человек похитил суррогатную мать, которая вынашивает ребенка этой семейной пары, и вынудил их ограбить… эти два банка, – немного соврала я, давно уже поняв, что первый раз на грабеж ребятки скорее всего пошли по собственной инициативе. Но это избавляло меня от долгих объяснений, а время было ой как дорого. – Сейчас, оставив деньги там, где он и просил, мы как раз пытались дозвониться до него и узнать, где можно забрать девушку.
– Ну и как, успешно? – все еще не верил мне майор.
– К сожалению нет, – призналась я. – Он не снимает трубки. Но мы все равно можем его найти.
– Каким образом?
– Тем же самым, каким вы нашли нас, – ответила я.
– У-у-у, – неопределенно протянул Здоренко.
Естественно, я совершенно не поняла, что он хотел этим сказать. Впрочем, все разъяснилось довольно быстро, когда майор вновь заговорил.
– Так, Бойкова. Прямо сейчас берешь всю свою команду за химо и следуете за нами в отделение. Там и посмотрим, кто и кого похитил. Ясно?
– Я так и знала, что вы нам не поверите, – раздраженно взмахнула руками я. А затем немного агрессивно продолжила: – Неужели вы не понимаете, что от наших с вами дальнейших действий зависит жизнь двоих людей, одного еще даже не рожденного? На счету каждая секунда, и если мы прямо сейчас не начнем действовать, мы потеряем и девушку, и ее ребенка.
– А мы начнем действовать, – замотал головой Здоренко. – Прямо сейчас и начнем разбираться, как же это вы докатились до того, чтобы помогать преступникам уходить от представителей закона. Пусть бы они в милиции о своей проблеме рассказали, им бы наверняка помогли… А, Бойкова?
– Майор, мы же все равно потом к вам бы пришли, вы же знаете, – попыталась я остудить гнев Здоренко. – И преступников бы сдали, не стоило за нами даже гоняться. Это ведь не в первый раз, так позвольте нам и теперь довести начатое до конца, а потом…
– Не позволю! – взревел Здоренко. – Не позволю вытирать о себя ноги и вертеть собой, как вам, барышням, заблагорассудится! И это не обсуждается. Марш в машину и за мной, разбираться будем в отделении.
Он жестом указал мне на машину и строго добавил: – Мои приказы не обсуждаются.
– А если мы откажемся за вами последовать? – с обидой глядя на майора, осмелилась произнести я.
– Ну-ну, давайте, побунтуйте еще у меня, тогда уж точно вам никто не поможет, – нехорошо усмехнулся Здоренко и преспокойно повернул в сторону своей машины, прекрасно зная, что я не осмелюсь его ослушаться и все равно сделаю так, как он потребует. Увы, все наши планы рухнули очень быстро. Что будет дальше, сложно было даже представить.
Не знаю, чем уж мы так разозлили майора Здоренко, но, доставив нас в отделение милиции, он устроил нам всем такой допрос с пристрастием, что я невольно почувствовала себя настоящей преступницей, совершившей какой-то ужасный и жуткий поступок. Но этого, видимо, и добивался Здоренко, упорно выпытывая у нас, когда мы сговорились совершить вместе ограбление и куда уже успели деть похищенные у инкассаторов деньги. Я устала повторять ему, что мы ни о чем не договаривались, а лишь хотели помочь освободить похищенную беременную девушку и только поэтому помогли ребятам вырваться из окружения. В ответ на это я только и услышала:
– А где доказательства? Кто в это все поверит? Вашей команде долго удавалось избегать наказания за все свои делишки, но теперь все, вы влипли, и довольно серьезно. Даже я не смогу помочь вам и добиться того, чтобы вас отпустили. Слишком уж громкое это дело. Вы ж так засветились, даже мне не снилось…
