– В общем, произошло все утром, банк едва открылся и приступил к работе. Я как раз обслуживала очередного покупателя, вдруг услышала какой-то шум в той стороне. Затем завыли милицейские сирены, в инкассаторскую машину запрыгнули несколько человек и куда-то понеслись. Я сначала решила, что они просто торопятся, но когда увидела толпу, да выскочивших из самого банка охранников, поняла: что-то случилось. Честно признаюсь, что не удержалась и, отпустив покупателя, закрыла ларек и поспешила к прохожим. Они что-то живо обсуждали. От них-то и узнала, что трое ребят на роликах выхватили у инкассаторов мешки с деньгами, а одного даже свалили. Его потом вроде бы даже в больницу возили, но я сама этого не видела.
– А преступников вы случайно не рассмотрели? Они ведь какое-то время катались здесь на роликах, – решила поинтересоваться я.
– Только в общих чертах, специально-то ведь каждого прохожего изучать не будешь, – вздохнув, ответила женщина. – Я и подумать не могла, что такие обычные на вид ребята могут что-то подобное выкинуть. И куда только их родители смотрят! И ведь одеты не бедно, наверняка особой нужды в деньгах не испытывают, а вот воруют, да еще как – по-крупному.
– Вы так и не сказали, как они выглядели, – поняв, что личными соображениями о юных преступниках женщина может делиться часами, вернула я ее к интересующему меня вопросу.
– А, ну да, – кивнула та и сразу продолжила: – Девушка была какой-то неестественно рыжей. Стрижка короткая, глаз не видно из-за очков. В очках, кстати, все были. Губы у нее были накрашены ярко. На девушке была майка, причем явно мужская, на груди рюкзак, кажется, темно-синий. На руках – деревянные браслеты.
– Она была в брюках? – стал уточнять Кряжимский.
– Да, в широких, сшитых из легкой ткани. На коленях какие-то штуки, не знаю, как они называются, но их надевают, чтобы уберечь ноги при падении.
– Мы поняли, – кивнула я. – А что касается молодых людей?
– Да примерно в то же самое были одеты и они: такие же темно-серые майки с какими-то аляпистыми рисунками, рюкзаки за плечами, штаны-шаровары, как я их называю. У одного даже в клеточку. Правда, на коленях у них ничего не было. И все в очках и кепках с козырьками, лиц не разобрать.
– А вы не заметили, насколько полными были их рюкзаки? – немного подумав, спросила я. – Могли ли в них быть обувь и одежда?
– Да кто ж знает? Может, и были, я на рюкзаки вообще внимания не обратила.
– А татуировки? У кого-нибудь из троих они были? – задала я новый вопрос, впрочем, не слишком надеясь получить на него ответ.
– Н-нет, – немного задумавшись, протянула женщина. – Кажется, не было.
– В таком случае, будьте добры, ответьте еще вот на какой вопрос, – немного опередил меня Кряжимский. – В какую сторону укатили воришки, вырвав из рук инкассатора мешки с деньгами?
– В ту, – не задумываясь, женщина указала в левую сторону. – Из разговора милиции я уже потом слышала, что они сначала мчались по многолюдному тротуару, а затем свернули в парк. Парк милиция сразу же окружила, перекрыв все входы и выходы, но сколько ни искали их там, так и не нашли. Как сквозь землю провалились. Но ведь не могли же они испариться!
– Не могли, – согласилась я с женщиной, про себя думая о том, что они вовсе не испарились, а просто, скорее всего, переоделись и, не вызывая более никакого подозрения, преспокойно покинули парк, нагло пройдя мимо все той же милиции. Деньги похитители могли где-то спрятать. Вернулись они за ними позже, когда все успокоилось и парк оставили в покое.
– Какой парк находится ближе всего к банку? – оставив на время размышления, спросила я у Кряжимского.
– Хотите в него заглянуть? – догадался наш старейшина.
Я молча кивнула, затем поблагодарила женщину за помощь и, вновь повернувшись к Сергею Ивановичу, добавила:
– Могу предположить, что в такую жару в парке должно было быть много народа, а это значит, кто-то обязательно видел роллеров и заметил, в каком направлении они двигались. Там-то и нужно искать брошенную ими одежду.
– И что это нам даст? – не понял ход моей мысли Кряжимский.
– Пока еще не знаю, но я вспомнила фразу из какого-то детектива: один из сыщиков говорит, что преступники сейчас так самоуверенны, что порой, совершив убийство, снимают перчатки и бросают их прямо на месте преступления. Полиции же остается только вывернуть перчатки наизнанку и идентифицировать искомого по оставленным отпечаткам пальцев. Возможно, и нам удастся сделать то же самое.
Городской парк был не слишком большим, но это не мешало ему оставаться одним из самых излюбленных мест отдыха жителей нашего города. Парк даже на ночь не закрывался, но ничего противозаконного и хулиганского в его окрестностях никогда не происходило, возможно, потому, что даже в эти часы здесь дежурили охранники. Парк можно было условно разделить на три части: первая – детская площадка, где были установлены различные аттракционы, вторая – аллеи, со множеством деревянных лавок, и, наконец, пруд и прилегающая к нему территория.
