1. Нельзя просто так взять и бросить машину: за оставленный без присмотра автомобиль в США предусмотрены серьезные штрафы. Продать тачку тоже нереально, так как зимой на Аляске от “каравана” мало пользы, к тому же он зарегистрирован в Калифорнии.
2. США и Канада – не лучшее место для автостопа. Он хоть и родился здесь, но, кажется, тут же и умер. Автостопщики, которых мы подбирали по дороге в Анкоридж, рассказывали, что часто машину можно прождать целый день.
3. Начало заметно холодать. В дороге на гостеприимство местных жителей лучше не рассчитывать – здесь слишком боятся убийц и террористов. Спать на снегу хоть и весело, но не шибко полезно для здоровья.
Взвесив все “за” и “против”, мы решаем, пока совсем не похолодало, рвануть на машине в Нью-Йорк. Расстояние не помещается в голове, только на бензин нам понадобится около двух тысяч долларов, не говоря уже о продовольствии и мелких расходах. Мы немедленно договариваемся отбросить легальные методы – деньги на топливо будем просить на заправках. Вопрос с пропитанием повисает в воздухе, и мы уже морально готовимся проехать Канаду на рисовой баланде, но тут появляется он – мистер
За пару дней мы выкатываем из магазина несколько огромных продуктовых телег. Наши запасы пополняются дюжиной упаковок с рисом и макаронами, несчетным количеством всевозможных мясных и овощных консервов, пятью блоками питательных злаковых батончиков, несколькими килограммами твердых сыров, двадцатью пакетами сублимированной еды
Температура ночью опускается ниже нуля. Мы хорошо понимаем, что пешком до культового волшебного автобуса из фильма “В диких условиях”, в котором жил и умер легендарный Крис Маккэндлесс, можно добраться либо сейчас, либо никогда. Рюкзаки собраны. Гена подгоняет нам пару палаток, перцовый спрей от медведей и дочь Полину. Так в составе четырех человек мы отправляемся по трассе в сторону Фэрбенкса.
Посреди ночи наша машина снова становится колом в самом сердце тайги. С неба сыпет то ли снег, то ли дождь. Мы с Сеней, предвкушая безысходность, лезем под капот. Ремень, от которого зависит половина агрегатов автомобиля, безжизненно висит на приводном валу. Пробуем вставить его на место, но наш бойцовский разводной ключик, купленный еще в Лос-Анджелесе, не выдерживает нагрузки и ломается.
Морально мы уже готовимся заночевать в стылой глуши, но вдруг из тьмы лесного массива на неуклюжем шумном тягаче выползает украинец Семен. Единственный на всю аляскинскую тайгу, он везет нам большой разводной ключ. Ремень становится на место, как родной, Семен даже не успевает досмолить сигарету.
На последней заправке мы вдруг вспоминаем, что забыли прихватить с собой карту местности. Дело дрянь, но на станции находится атлас Аляски, и мы фотографируем интересующий нас участок земли в крайне неудобном для нас масштабе – так, на всякий случай.
Рано утром, по разбитой грунтовке наконец добираемся до утрамбованной квадроциклами тропы. Мы с Сеней не спали всю ночь, но температура неумолимо падает, и мы решаем потерпеть еще часов двенадцать, как в старые добрые университетские времена.
