– Она и сейчас там живет, - Саша замялась, подбирая слова. В общем, она говорит, с домом что-то не то... толком объяснить не может, но сильно приставала, чтоб я приехала и посмотрела, а то, мол, ей страшно. Вот... Сашка сделала паузу, словно задумалась. Слава терпеливо ждал.
– Страшно ей, видите ли. А мне не страшно? Парень мой сейчас в отъезде, вернется только через неделю. Да и не могу я сейчас ехать - работы выше крыши. Может быть ты съездишь, посмотришь? Кроме тебя мне и попросить больше некого... выручишь? - Сашкин голос в трубке подозрительно задрожал.
– Хорошо, хорошо сестричка! - поспешил успокоить ее Слава, который терпеть не мог женских слез. Надо, так надо! Съездим, разъясним, что там не так с домом.
– Вот здорово! - обрадовалась она. Ты же у нас моряк. Офицер. В каком звании-то сейчас?
– Старший лейтенант.
– Ух, ты! - восхитилась Сашка, - а этой своей... академической греблей, еще занимаешься?
– Нет... с окончания училища больше не выступаю. Так иногда хожу на тренировки, чтоб формы не терять.
– И чего ты там достиг?
– КМС
– Ясно... Ну, тогда, что? Может завтра с утра и съездишь?
– Хорошо, - не стал спорить Слава. Как там ехать-то? Электричкой до Кошелева, кажется, - он начал вспоминать любимый маршрут своего детства.
– А потом на автобусе! - подхватила Сашка и засмеялась. Видишь, помнишь все!
Они поболтали еще минут пять. Александра сказала, что ключи от дома у бабы Тоси. Слава заверил ее, что тщательно все осмотрит и по возвращению, доложится. Задерживаться в Скробцево он не собирался, рассчитывая до вечера вернуться в Питер. На том и порешили.
Положив трубку, Слава задумался.
Поздняя осень не самое лучшее время для загородных прогулок. Зато сейчас там тихо - ни комаров, ни дачников. Да и погоду на выходные, синоптики предрекают хорошую.
В Скробцеве Слава не был давно. После смерти тетки Софьи, собственно, и не был.
Нахлынули воспоминания.
Все школьные каникулы он проводил у тетки в деревне. Там постоянно что-то происходило, жизнь была наполнена какими-то бесконечными приключениями и переживаниями. Тетку очень мало волновали расцарапанные колени, растрепанные волосы и руки в цыпках - можно было делать почти все, что хочешь - лазить по деревьям, нырять головой вниз с моста, ночевать в лесу "как индейцы" и заниматься еще сотней похожих важных дел. Каникулы пролетали точно один день - яркий, пестрый, выпадающий из повседневной реальности. Хотелось, чтобы это состояние вечного праздника и приключений не заканчивалось никогда. Но детство, как и все в жизни, увы, кончается. Сначала умер, вернее, пропал без вести, дядя Марк. Ушел осенью в лес и не вернулся. Родственники подняли переполох, писали заявление в милицию. Одна тетка Софья, почему-то, отнеслась к случившемуся очень спокойно. Славе с Сашкой тогда было по шестнадцать. Он хорошо помнил один случай из той поры. Тетя с Сашкой сидели на кухне поздно вечером и о чем-то разговаривали. Когда Слава по какой-то надобности проходил мимо, тетя произнесла странную фразу: "Я всю жизнь провела у запертых дверей. Я устала ждать и на что-то надеяться. Все... Может, и был у меня в жизни единственный шанс - но я не сумела им воспользоваться. Попросту, испугалась..." Потом они увидели прислушивающегося Славу и замолчали. На следующий день, тетя смущенно попросила его не обращать внимания на женскую болтовню, что-то говорила про успокаивающие и снотворные, что прописали ей врачи. Слава пообещал не обращать, а потом и вовсе забыл тот разговор.
Прошла зима, они с Сашкой окончили школу. Выпускные, потом вступительные экзамены: её в университет, а Славкины в военно-морское училище. Поступив, Слава перебрался жить в казарму. Первый курс самый тяжелый - учеба, практические занятия. Свободного времени почти не оставалось. Короче, жизнь, превратившись в службу, текла своим чередом.
И вдруг как гром среди ясного неба - тетя Софья умерла.
При весьма странных и жутких обстоятельствах.
Соседки рассказывали, что первой ее нашла баба Тося - увидела рано утром, что дверь на веранду открыта, зашла, окликнула хозяйку и на самом пороге упала в обморок. Шептались, что в доме был страшный разгром, и как, мол, повезло, что Сашки дома не оказалось (она в это время была в городской квартире).
Хоронили тетю в закрытом гробу. Даже на кладбище не дали проститься.
Преступников так и не поймали. Рассказывали о каких-то бродягах, что, мол, шатались по округе, и, видать, позарились на хороший дом. Этих бродяг не нашли. Вернее нашли, но, как позже выяснилось, не тех и не там. К тому же, несмотря на разгром, из дома ничего не пропало. Даже все украшения остались на месте. Короче, это странное уголовное дело так и заглохло.
Порядок навели не сразу. Даже поминки устраивали у соседей. Словно ни у кого смелости не хватало находиться в доме. И потом еще долго твердили, что в доме было что-то такое - нехорошее. Приглашали даже священника из соседней церкви - освятить дом. Но и после этого, еще долгое время боялись в нем жить.
