Роман роялиста времен революции : полностью

Маркизъ Коста де-Борегаръ, авторъ имѣвшаго успѣхъ сочиненія «Un homme d'autrefois», которое выдержало въ короткое время пять изданій, что для историческихъ работъ считается большой рѣдкостью даже во Франціи, напечаталъ недавно новое сочиненіе подъ вышеприведеннымъ заглавіемъ «Le Roman d'un royaliste sous la révolution». Тутъ литературно переработанъ интересный историческій матеріалъ — воспоминанія графа де-Вирье и сохранившіеся отрывки изъ мемуаровъ его дочери. И получилосъ сочиненіе историческое — по дѣйствительности фактовъ, вошедшихъ въ него, и романическое — по формѣ, въ какой изложены они. А факты эти такого рода, что ими проливается яркій свѣтъ на французскую революцію, ея зарожденіе, ея эпопеи и героевъ. Попадаются даже неожиданныя разоблаченія насчетъ пагубнаго вліянія Каліостро, насчетъ вредной дѣятельности массонскихъ ложъ при Людовикѣ XVI, наконецъ, насчетъ знаменитаго процесса объ ожерельѣ, въ который впутано было имя несчастной Маріи-Антуанетты. Попутно охарактеризовано общество того времени и его безумное стремленіе къ катастрофамъ, приведшимъ его къ гибели.

Но истиннымъ историческимъ перломъ «Le Roman d'un royaliste» является послѣдняя часть его, посвященная осадѣ Ліона 1793 года. Этотъ революціонный эпизодъ до сихъ поръ остается наименѣе извѣстнымъ, ибо подлинныя свидѣтельства о немъ встрѣчаются рѣдко. Эрнестъ Додэ, авторъ превосходныхъ изслѣдованій объ эмиграціи французскихъ роялистовъ, по его заявленію, не разъ самъ пытался изложить этотъ эпизодъ и всегда встрѣчалъ себѣ помѣху въ бѣдности французскихъ архивовъ въ этомъ отношеніи и въ отсутствіи показаній современниковъ. За исключеніемъ мемуаровъ г-жи des Echerolles, о ліонскомъ возстаніи почти нѣтъ никакихъ данныхъ въ этомъ родѣ. И вотъ въ бумагахъ графа де-Вирье, героя «Le Roman d'un royaliste», оказались любопытныя записи, которыя и послужили маркизу Боста основой для его занимательнаго повѣствованія о ліонцахъ.

Но и помимо этихъ историческихъ рѣдкостей, «Le Roman d'un royaliste» вполнѣ достоинъ вниманія читателей «Вѣстника». Самъ графъ де-Вирье — интересная личность. Потомокъ именитой фамиліи изъ Дофинэ, онъ былъ свидѣтелемъ переворотовъ, произведенныхъ революціей, низверженія Бурбоновъ, пробужденія философскаго духа и того, какъ цѣлый рядъ трагическихъ событій на мѣ;сто общества образованнаго и элегантнаго выдвинулъ низшіе слои народа. Вирье обладаетъ нѣжной душой, пылкимъ воображеніемъ, впечатлительной натурой, непреклонной волей и, несмотря на свое воспитаніе, стремится отрѣшиться отъ предразсудковъ той среды, въ которой выросъ. Онъ отзывчивъ на всякія великодушныя и гуманныя идеи той эпохи. Въ салонахъ герцогини де-Роганъ, сдѣлавшейся для него пріемной матерью, онъ чувствовалъ себя какъ дома и имѣлъ возможность наблюдать тамъ всѣхъ знаменитыхъ современниковъ — послѣднихъ могиканъ стараго общества и піонеровъ надвигавшейся революціи. Онъ видѣлъ политическое соперничество и интригантство, подготовлявшее гибель королевства. Оставаясь въ милости въ Тюльери, онъ примкнулъ къ массонскимъ ложамъ, дружилъ съ Каліостро, зналъ о заговорѣ противъ чести Маріи-Антуанетты, потомъ былъ вырванъ изъ своего семейнаго счастья вихремъ революціонныхъ событій, состоялъ депутатомъ въ Etats généraux 1789 г., принималъ участіе въ законодательномъ собраніи, былъ свидѣтелемъ всѣхъ крупныхъ эпизодовъ революціи. И этотъ-то энтузіастъ мало-по-малу отрекся отъ своихъ великодушныхъ иллюзій при видѣ кровавыхъ бунтовъ и мотивовъ, порождавшихъ ихъ, особенно при видѣ мученичества королевской фамиліи, ошибокъ своихъ друзей и злоумышленности своихъ враговъ, и превратился въ горячаго защитника низверженнаго трона.

Съ такой исторіей по занимательности могутъ сравняться развѣ весьма немногіе романы. Предлагая читателямъ «Вѣстника» переводъ «Le Roman d'un royaliste», мы опускаемъ въ немъ подробности и частности, которыя имѣютъ спеціальный интересъ для французовъ и лишены значенія для русскихъ.

Ѳ. Б.