Через четверть часа, когда стихли шум и возня в прихожей, Алина и Ольга, оставив Елену Владимировну и Светлану допивать чай с пирогом, поднялись на второй этаж.
– Присаживайся, подруга, – сказала Алина, опускаясь на диван в гостиной, и хлопнула ладонью рядом с собой. – Можно спокойно поболтать.
– Можно, – улыбнулась Ольга и достала пачку сигарет. – Закурим? И ты мне расскажешь, что у тебя приключилось, почему ты, в конце концов, оказалась в Староковровске?
– Расскажу. – Алина прикурила от зажигалки и некоторое время смотрела на огонек, который горел ровно, не колебался. Потом вздохнула и принялась рассказывать Ольге о своих злоключениях. Впервые ничего не скрывая, даже своих страхов и опасений. Единственное, что она утаила, так это встречу с Мистером Иксом на раздолбанной дороге.
Ночью Алина плохо спала. На улице завывал ветер, гремел оторванным куском железа на сарае, метались тени деревьев, дребезжали оконные стекла, от резких порывов распахнулась форточка, и потянуло холодом. Когда Алина подошла к окну, чтобы захлопнуть форточку, то увидела, что на улице разыгралась настоящая метель. Снег валил по-зимнему обильно, и она вздохнула. Вот и зима пришла, самое нелюбимое время года!
Накинув халат, она спустилась на кухню и, чтобы не тревожить домашних, включила чайник, не зажигая свет. Мигали зеленым светом часы на холодильнике, в доме было тихо, лишь из темного угла доносились слабые шорохи. Там стояла коробка, в которой кошка Маркиза устроилась со своим семейством – тремя крошечными котятами. Вечером произошел небольшой скандал. Степка и Никита все порывались рассмотреть котят поближе, отчего Маркиза пришла в сильное беспокойство и принялась перетаскивать малышей в прихожую, подальше от цепких рук близнецов. Котята подняли крик, Полина расстроилась и отругала мальчишек. Они бросились жаловаться Елене Владимировне, а та, неожиданно для них, встала на сторону внучки.
Близнецы надулись. Вернувшись с ипподрома, они с часок поиграли в лошадок и всадников, но вскоре устали и принялись допекать Лиду просьбами взять их завтра с собой на ипподром. Однако она улизнула в свою комнату готовиться к семинару. Полина хотя и покончила с уроками, но устроилась рядом с бабушкой, и они с упоением смотрели какой-то сериал, в котором было много взрывов, стрельбы и криков.
Алину домашние единогласно постановили не тревожить. Проводив Ольгу, она решила отдохнуть и, если получится, вздремнуть. Езда по городу, бесконечные разговоры и дурные предчувствия, что не все идет так гладко, как она предполагала, вымотали ее окончательно. Она и впрямь очень быстро задремала, ей показалось, всего на секунду, потом свара на первом этаже заставила ее спуститься вниз.
Небольшой воспитательный скандал с сыновьями окончательно перебил ее сон. Маркиза успокоилась и теперь с тихим мурлыканьем вылизывала котят. А вот Алина, как ни силилась, уснуть не смогла. Ночью события приобретают точно такую же мрачную окраску, как и все в природе. Тем более если они и так не слишком веселые.
Алина налила чаю в большую фаянсовую чашку, закурила и подошла к окну. Ветер за окном притих, но снег повалил хлопьями. Она стояла возле окна и наблюдала, как покрываются белым почерневшая от холода земля, клумбы, погрустневшие сентябринки, крыши соседних домов и ее «Жигули», которые она поленилась загнать в сараюшку.
Тут она вспомнила Карнаухова и то, как он подобострастно заглядывал в глаза Цуранову, чуть ли не ковриком под ноги ложился, а тот цедил слова сквозь зубы, высокомерный, тупой индюк, наживший свои богатства явно неправедным путем.
– Аля, почему без света сидишь? – голос тетушки прервал ее мысли. – Смотри, не выспишься!
Елена Владимировна в одной ночной сорочке, с накинутой на плечи теплой шалью, вошла в кухню и включила светильник над обеденным столом. Затем присела напротив и, подперев щеку рукой, посмотрела на племянницу:
– Заснуть не можешь? Видно, Ольга растревожила?
– И Ольга, и не только Ольга… – Алина затушила сигарету в пепельнице, одним глотком допила чай и строго посмотрела на тетушку. – Надеюсь, ты раздумала идти к директору в домработницы?
– Алиночка, деточка. – Елена Владимировна укоризненно покачала головой. – Я все со всех сторон просчитала. Попытаюсь, за это по лбу не ударят. Пока здоровье есть, обузой не хочу быть.
– Это кто кому обузой… – вздохнула Алина. – Это я, как снег на голову, со своим семейством. Жила ты, не тужила, а теперь хлопот полон рот.
– А они мне в радость, – тихо сказала Елена Владимировна, – и не смей себя укорять. Время сейчас такое: в одиночку мигом пропадешь. Но ничего, потихоньку, полегоньку выкарабкаешься. Молодая, красивая, талантливая. Тебе и карты в руки!
– Талант… – усмехнулась Алина. – Его бы на хлеб вместо масла намазать, вот бы польза была. А так что мне от этого таланта? Только и остается, что завклубом устроиться или массовиком-затейником.
