- Его родители? – взвизгнула женщина. – Эй, вы точно друг их семьи? Да никогда он на ней не женится, даже если захочет сам, ему попросту не позволят. Какой из него отец? Кормилец? Останется моя дочь одна с младенцем на руках, да еще и без образования. Я хоть училище успела закончить перед тем, как замуж вышла. А она что? Полы пойдет мыть? На рынок торговать? С ее мозгами! Первое место в городе в олимпиадах по химии и математике! Катю на всероссийские приглашали не раз, да не на что отправлять было.
Если бы она не хотела говорить со мной, то не пустила бы на кухню, не стала бы рассказывать о себе. Где же Фила носит, когда он так нужен? Он бы обязательно подыскал верные слова.
- Мария Леонидовна, я очень хочу попросить вас об единственной вещи: не берите грех на душу. Не настаивайте. Просто поддержите дочь в любом решении.
Катина мама фыркнула, встала из-за стола, но я удержала ее за руку и посмотрела в глаза.
- Есть вещи намного серьезнее, чем потеря беззаботных студенческих лет. Есть чувство вины, с которым выжить невозможно. Которое сожрет изнутри. И которое никогда не позволит радоваться жизни. Посмотрите на меня: и карьера, и образование, и деньги. Но я не счастлива. В семнадцать лет для меня не было ничего страшнее, чем забеременеть. Сейчас, когда мне тридцать, я думаю о том, что лучше бы родила в восемнадцать, чем вообще не рожала бы.
- У вас все впереди. Вы не старая. Успеете и замуж выйти, и детей завести, - сухо ответила она.
- Вы, я, Катя – женщины трех разных возрастных категорий, и смотрим на ситуацию с разных углов. И поверьте, с моего ракурса все выглядит не столь ужасно, как с вашего.
- Что вы мне предлагаете?
- Просто поддержите дочь. Любое ее решение. Чтобы оно было именно ее. Чтобы она потом вас не возненавидела. За то, что вы сделали выбор за нее. Скажите, какую помощь готовы оказать, а на какую пусть не рассчитывает. Это не ваш ребенок, не ваша ноша. Вы уже приняли решение о том, сколько детей хотите родить. Для вас оптимальная цифра – трое. На вас никто не собирается вешать четвертого.
Минуту мы смотрели друг другу в глаза, я держала в руках ее сухую теплую ладонь. Мария Леонидовна размышляла.
- Добрый день, - Сашка зачем-то снова поздоровался, когда зашел на кухню. Парень неплохо скрывал чувства: если бы не смертельная бледность лица, можно было решить, что он не переживает. – Мария Леонидовна, вы меня ненавидите, я знаю. Но мы с Катей любим друг друга. Пожалуйста, дайте нам шанс. Один шанс, пожалуйста.
Заплаканная Катя стояла за его спиной, робко выглядывая из-за плеча. Несколько минут Сашка казался мне ненормально тощим, но эта девица рядом с ним выглядела едва ли не прозрачной.
Катина мать строго посмотрела на дочь.
- Что скажешь, доченька?
- Мама, он меня замуж позвал, - тоненько пропела та. Кажется, за последнюю неделю Катя еще больше похудела. Абсолютно плоский живот. Она точно в положении?
- Ты хочешь за него замуж?
Она несколько раз кивнула, покраснев и стыдливо потупив глаза.
Мария Леонидовна устало опустилась на стул, и я ощутила всю тяжесть ответственности, которую она годами несет на себе. И никто никогда не примет решение за нее. Некому поплакаться, пожаловаться. Прошлым вечером Сашка рассказал об этой семье многое, что позволило составить полную картину.
- Где жить будете? Что кушать? На что ребенку пеленки покупать?
- В Москве, - сказала Сашка. – Квартиру снимем. Я работать пойду. Женя поможет няню найти, и Катя сможет продолжить учебу.
Мария качала головой, не веря ни единому его слову.
- Да, вы правы, я не хотел этого ребенка. И сейчас умираю от страха перед будущим. Но он получился. И я не намерен от него отказываться. Я не хочу уходить, понимаете? Я хочу его вырастить. Своего ребенка. Я всю ночь не спал, думал о том, что не хочу завтра проснуться и понять, что он больше не дышит и не растет.
- Я не отпущу беременную дочь в Москву с тобой на непонятно каких условиях.
- Мы сегодня же подадим заявление в ЗАГС, - Саша обнимал за талию свою девушку, а та жалась к нему, как замерзший котенок к батарее. Какие же они еще дети. Сколько трудностей им предстоит преодолеть.
- Мне нужно поговорить с твоей матерью. Здесь. К вам не поеду. Приведи ее, там видно будет, - сказала женщина и вышла из кухни. Катя тихо плакала, обнимая Сашку, а он смотрел на меня, произнес одними губами: «спасибо». Я убрала деньги в сумку, чтобы не появился соблазн ими воспользоваться после нашего ухода. Что ж, это было непросто, но самое сложное впереди. Я поручилась за этого бестолкового мальчишку, и теперь несу ответственность за Катино будущее не меньше, чем ее мать. Что ж, у меня нет братьев и сестер, и мне незнакома новая роль. Возможно, старшие сестры так и поступают.
- Саш, мне пора на работу. Дальше справишься сам?
- Да. Жень, спасибо тебе большое.
- Давай сразу договоримся: больше никаких спасибо. Просто не окажись козлом, ладно? Не подведи.
Он нервно кивнул несколько раз.
- Поговори с Филом, пожалуйста, - сказал уже в след
