Между тем кое-кто из ближайшего окружения президента упрекал меня в том, что я не обеспечиваю "широкого отклика" поездок Б. Н. Ельцина по стране. Но руководители телевидения, с которыми я беседовал на эти темы, говорили откровенно: рады бы сделать хорошие репортажи, целые передачи, ужасно нуждаемся в них... но нет материала, с трудом хватает "мяса" на короткие репортажи. И не удивительно: ведь поездки планировались не исходя из императивов политической работы, а по принципу - "в этом месте президент еще не был". Нередко в поездку в тот или иной регион или город президента зазывали "личные друзья" в регионах. Он был, к сожалению, очень отзывчив на это. Поддавался уговорам, лести. Конечно, под каждую поездку подводилась "база", она "солидно" аргументировалась. К сожалению, президент далеко не всегда видел изъяны этой аргументации.
Несомненно, у Ельцина была внутренняя потребность видеть Россию, ему хотелось заглянуть в ее дальние углы. Он, безусловно, и русский человек, и русский патриот. Конечно же, в поездках бывали и минуты долгожданного отдыха и просто нормального человеческого расслабления. Из этой потребности в "свидании с Россией" в конце концов сделали совершенно ненужный и вредный миф, в который поверил и сам президент. Считалось, что в поездках он узнает много нового и интересного, слышит голос правды и голос России. Но это была совершеннейшая чепуха. При хорошей постановке информационной работы, в том числе и по каналам спецслужб, президент мог бы все слышать много лучше в Москве. Я не думаю, чтобы Франсуа Миттеран, Гельмут Коль или Маргарет Тэтчер, которые крайне редко ездили по стране, были плохо информированы о положении дел или настроениях населения. Эта расточительность президентского времени неизменно приводила всех к политическому авралу, когда действительно приходилось "свистать всех наверх", чтобы спасти запушенную ситуацию.
В результате время от времени демократы вынуждены были идти на нарочитый политический эпатаж, чтобы привлечь внимание к остроте ситуации. Безусловно, задачу "разбудить" кремлевскую команду и самого президента ставили организаторы нашумевшей пресс-конференции для иностранных журналистов 16 октября 1992 года. В ней участвовали Г. Бурбулис, М. Полторанин, А. Чубайс и А. Козырев. В достаточно жестких выражениях они рассказали о возможности государственного переворота, о реальной опасности, нависшей над демократией и рыночными реформами. Необычность состояла в том, что известные государственные деятели фактически вынуждены были обратиться за помощью к зарубежным газетам и телевидению, чтобы их лучше услышали на самом верху. Видимо, у них тоже было ощущение, что в Кремле президенту умело затыкали уши ватой.
В один из этих дней я встретился с Михаилом Никифоровичем Полтораниным и спросил, зачем они устроили такой шумный "спектакль" с иностранными журналистами.
- Вы там все дрыхнете вместе с мухами в Кремле, а нам приходится за вас отдуваться, - со свойственной ему грубоватой прямотой сказал Михаил Никифорович. - Если вы так будете работать, вас возьмут голыми руками и вытряхнут из Кремля. Надо же пилить дрова, а не сидеть на заваленке. Вы газеты хотя бы читаете?
Слушать это было стыдно, тем более что немалая доля правды в словах Полторанина была. Хотя газеты мы читали, и, естественно, не только газеты.
Несколькими днями ранее я получил из службы изучения общественного мнения профессора Б. А Грушина результаты проведенного под его руководством обширного опроса по теме "Образ президента". Опрос проводился в сентябре 1992 г. Профессор Грушин был членом Консультативного президентского совета. Это прямой и немногословный человек высочайшей профессиональной честности. К власти и лично к президенту он относился без всякого "придыхания", никогда не стремился, как это иногда бывает у ловких царедворцев, "угадать дуновение мысли" высокого лица. Он выступал редко, коротко, всегда опираясь исключительно на социологические выкладки. Своих личных оценок и суждений он обычно "не подавал". Это придавало его мнению особую ценность.
Присланное исследование представляло для нас особый интерес, поскольку речь шла не просто о политике, а о политике в связи с личностью президента.
Результаты были малоприятными.
"Полученные данные свидетельствуют о том, - говорилось в документе, полученном от Б Грушина, - что за время, прошедшее после августа 1991 года, имидж Президента РФ претерпел существенные изменения, сменив свой положительный знак в основном на противоположный...
Сильное воздействие на образ главы государства оказывает негативное впечатление от его публичных выступлений. На это указывают 60% респондентов. Позитивную реакцию отметили, к сожалению, лишь 24% участников опроса...
Не вполне благоприятный имидж Б. Н. Ельцина складывается и под влиянием сложного и противоречивого чувства, которое он вызывает как человек. Преимущественно симпатию к нему испытывает каждый четвертый житель столицы, а антипатию - каждый третий. Но больше всего тех, кому Б. Н. Ельцин вообще безразличен, - 29%...
