Зато знающие люди говорили, что Жорик взлетел. Урожай хороший собрал, растолкал товар по накатанным схемам, приход конкретный получил, бухгалтерский в том числе. Все у него, как говорится, на мази. Но так Олег никого на цепи не держал. Если Сирому что-то не нравилось, то он мог отправиться к Жорику. На побегушки.
– Нет, нормально все.
– Послезавтра в рейс. – Олег внимательно посмотрел на друга.
Работа предстояла серьезная. Если Сирый не готов, то пусть остается дома.
– Завтра сделаем. – Тот кивком показал на машину, которая стояла под навесом из виноградных лоз.
– Сегодня надо.
– Может, и сегодня. Если успеем. Вечером девочки должны подойти. – В этот раз Сирый кивнул на дом из самана с позеленевшей от времени шиферной крышей.
Три комнатки там, диван и две кровати. Есть где порезвиться на пьяную голову. Выпить сегодня можно, завтра уже нельзя. С девчонками тоже можно, даже нужно, чтобы мысли о них в дороге не давили на голову и прочие места.
– Лежать вы будете под машиной, пока все не сделаете, – заявил Олег.
– Мы постараемся, обязательно сделаем, – сказал Сирый и тяжело вздохнул.
– Тогда и с девочками можно будет.
– Мы двух телочек вчера сняли, позвали их на праздник урожая. – Сирый снова кивнул в сторону зеленого навеса, с которого они собрали винограда на сто литров домашнего вина. – У них подружка еще есть. Если ты с нами, то она подтянется. Ты же хочешь?
Олег согласно кивнул. Ему нравилось жить у мамы, но он все чаще оставался на ночь в доме с друзьями. Сыну казалось, что маму тяготило его присутствие. А здесь он в доску свой, к тому же выпить можно, с девчонкой время провести.
– Тогда я звоню! – заявил Сирый.
Он поговорил с какой-то Лизой, выяснил, что девчонки действительно собирались к ним в гости и с подружкой уже договорились.
Через час после этого звонка к дому подъехал серебристый «Форд» с затемненными окнами. В принципе ничего удивительного, если у одной из приглашенных девочек была своя машина, но Олег все равно повел бровью. Он уныло усмехнулся, когда увидел, кто на самом деле к ним прикатил.
Из машины вышел капитан Сельев, уже знакомый ему. Конопатого парня с огненными волосами Олег тоже видел прежде, но не знал его имени и звания.
– Здравствуйте, девочки! – негромко, но на эмоциях проговорил он и неторопливо направился к воротам, собранным из подгнившего штакетника.
Сельев приподнял солнцезащитные очки. Он как будто хотел сперва получше разглядеть Олега и только потом его съесть. Капитан улыбался, его взгляд был наполнен хищной радостью.
– Гражданин Кондратьев? – спросил конопатый парень, остановившись перед калиткой. – Старший лейтенант Кривенко, – назвался он.
– Я вас внимательно слушаю, – угрюмо проговорил Олег.
– Машину в Белоруссию готовите? – спросил Сельев, кивком показав на микроавтобус.
Рыжий смотрел в ту же сторону, на Сирого и Бубна, который, встревоженный появлением ментов, уже вылез из-под машины.
– Кто сказал?
Как это ни странно, на душе у Олега стало легче. Лучше отвечать за контрабанду, чем за убийство, причем не одно.
– Давай сделаем так, Кондратьев. Ты сейчас едешь с нами, а мы не трогаем твоих дружков, – сказал Сельев и провел рукой по своей рубахе навыпуск, под которой скрывалось табельное оружие и наручники.
– Да, хорошо.
Олегу не улыбался привод в полицию, но и бегать от ментов он не собирался. Возможно, зря. Вдруг они все-таки собираются пришить ему Шампиньона?
– Я скоро! – бросил Олег, открывая калитку.
Наручники Сельев доставать не стал, открыл заднюю дверцу и поднял руку, чтобы схватить Олега за голову. Однако тот успел поднырнуть под крышу машины до того, как поспела столь сомнительная помощь.
Наручники появились, когда Сельев был уже в машине. Один браслет он защелкнул на своем запястье, другим пристегнул к себе Олега.
– На всякий случай, – сказал он.
Кривенко включил заднюю скорость, машина плавно стронулась с места.
Бубен, протирая руки ветошью, стоял за воротами. Сирый вышел за калитку и оторопело смотрел вслед отъезжающей машине. У него на душе было тревожно, но до паники еще далеко.
– А ценные указания ты чего им не дал? – спросил Сельев.
Олег промолчал. Отвечать на пустые вопросы – все равно что порожняки гонять.
– Да они сами все знают, – ответил за него Кривенко.
– Как вы таможню проходите? – спросил Сельев.
– Какую таможню?
– А сигареты откуда гоните?
– Из России. Легально берем, так же и продаем.
– А нелегально что?
– Ничего.
– А Корникову и Шепелову кто отстегивает?
– Не знаю ничего.
– Корников с Шепеловым тоже ничего не знали, пока чистосердечно во всем не сознались! – Сельев поднял свободную руку так, как будто в ней находился лист протокола, и потряс ею.
Олег кивнул, соглашаясь на возможность такого исхода, но говорить ничего не стал.
«Уходить в несознанку не имеет смысла. Но сначала мне нужно во всем разобраться и понять, зачем оперативники спалили мою крышу. Какую цель они преследуют? Одно дело, если стремятся к торжеству закона, и совсем другое – если хотят предложить свое покровительство. Я готов согласиться принять его, но спешить не надо», – подумал он.
– Чего молчишь?
