Руслан Александрович посмотрел новость о постриге царицы еще раз, после чего выключил видеозапись и вздохнул.
Очень вовремя Юлия Александровна решила отринуть мирскую жизнь и податься в монахини.
Переключившись на канал «Оракула», настроенный на наследника Уральского княжества, Демидов последил за внуком, послушал разговор с Ефремовым. И довольно хмыкнул.
Дмитрий Алексеевич показал себя прекрасно. Не растерялся, не стал дергаться, и продолжил заниматься делом.
Отключившись от присмотра за внуком в момент, когда княжич Романов сел за стол переговоров с делегацией Поднебесной, Руслан Александрович и сам занялся делами.
До обеда все шло, как обычно. А перед самым перерывом на рабочем столе зазвонил царский телефон.
Князь Демидов поднял трубку.
— Руслан Александрович слушает, — произнес он.
— Князь Демидов, здравствуйте, — обратился к нему мужской голос. — Вас беспокоят из царской канцелярии. Вам назначена аудиенция у государя на завтра в 13 часов по московскому времени. Не опаздывайте.
И собеседник закончил звонок. Руслан Александрович хмыкнул и положил трубку на рычаг.
Обычный рутинный вызов в Кремль, каких князь Демидов повидал за свою жизнь немало. Вот только в свете последних событий этот звонок был сигналом, что речь пойдет о серьезных делах.
Поднявшись на ноги, Руслан Александрович направился к выходу из кабинета. Вполне вероятно, завтра он лично услышит, когда придется заступать на должность губернатора.
Несмотря на чисто по-человечески радующие вести о постриге царицы, настроение князя Демидова оставалось ровным.
Деловая встреча у царя еще не значила, что уже завтра губернаторы разделят между собой Русское царство. Руслан Александрович прекрасно понимал, что этому событию будет предшествовать тяжелый и долгий путь гармонизации законодательства княжеств. Возможно, государь расскажет о новых условиях и требованиях, чтобы будущие губернаторы успели подготовиться.
Впрочем, князь Демидов оставался верен себе, и не спешил с решениями. Завтра все выяснит сам, а пока что Урал — все еще должен оставаться под плотным контролем своего хозяина.
* * *
Великий князь Московский сидел на кровати, глядя на каменную стену перед собой. Допрос был давно проведен, и Емельян Сергеевич успел полностью восстановиться после него. Вернулась бодрость, соответствующая возрасту, вновь обрел ясность ум.
Мужчина был совершенно спокоен, и не переживал о случившемся.
Все прошло достойно, пускай и не получилось выпотрошить мозг Анне Михайловне, так как специалист просто не успел на место допроса, после которого девчонке перерезали бы глотку. И возможный цесаревич уцелел. Зато документы попали прямо к царю на стол, и Михаил Викторович Соколов теперь уже никогда не будет чувствовать себя и свой род в безопасности.
Всем приходится платить за грехи. И Емельян Сергеевич был не против утащить за собой в ад еще и Выборгского. Однако пока что оставалось лишь ждать, пока наступит положенное воздаяние.
За свою семью Невский не переживал. Дети не связаны ни с одним его грязным делом, которые он проворачивал, и после казни великого князя Московского они разделят весьма внушительное наследство. Обвинить их не получится — не зря Емельян Сергеевич все рассчитал и разыграл, используя наблюдение Милославских через «Оракула» Романова. Оба сына всегда были на виду, и даже в подвал особняка ни разу так и не спустились.
Великий князь Московский не знал, сколько дней уже сидит в подвалах Кремля, но подозревал, что продержат его здесь до самого финала, когда государь упразднит великие княжества.
С Емельяном Сергеевичем все это время хорошо обращались, у него был гардероб с простой, но вполне приличной одеждой, санузел, его хорошо кормили и даже Ерофеев, личный целитель царя, иногда приходил для осмотра.
Оставлена была великому князю и маленькая библиотека — ничего выдающегося, всего лишь сборники русской классики. И великий князь с удовольствием читал эти книги, совершенно не тяготясь своим положением. Даже порой ловил себя на чувстве, будто снова вернулся в детство, когда его дед гонял молодого Емельяна по особняку розгами за то, что будущий наследник опять пропустил уроки литературы.
В тяжелой двери с негромким лязгом отодвинули металлическую перегородку, в помещение через окошко заглянул дежурный гвардеец. Лицо его было знакомо — Рюрикович уже все смены знал.
— Емельян Сергеевич, я сейчас открою дверь, — предупредил он. — Встаньте к стене спиной к двери.
Поднявшись на ноги и отступив к стене, великий князь Московский спокойно дождался, пока его надсмотрщик войдет внутрь. Емельяна Сергеевича тот не боялся — блокираторы на запястьях Невского не позволяли обратиться к магии, превращая одного из сильнейших одаренных Русского царства в простого старика. Пусть и все еще крепкого, но все же не способного тягаться с вооруженным солдатом в совершенной тяжелой броне.
— Емельян Сергеевич, вам велено следовать за мной, — объявил гвардеец. — Проследуйте на выход.
