Пока он пребывал в нерешительности, я оценила ситуацию, призвав всю свою рассудительность. Эти люди были в обычной одежде и выглядели запуганными. Значит, не большевики. Они нацелили свои ружья в основном на Заша, который был одет как большевик. В Алексея, носившего остатки мундира цесаревича, никто пока не целился.
Они не враги. Они боятся, что враги –
И наконец, самое лучшее правило – говорить правду всегда, кроме исключительных случаев. За правдой легче уследить. К тому же лжеца, неважно, насколько умелого, нередко можно подловить.
– Я – княжна Анастасия Николаевна Романова. А это, – я указала на Алексея, – мой брат, царевич Алексей Николаевич Романов. Красная армия держала нас в заключении в доме Ипатьева в Екатеринбурге. Два дня назад «красный» комендант Яков Юровский без суда и следствия казнил, – я с трудом подавила внезапную дрожь в голосе, – нашу семью. Мы единственные, кто выжил.
Реакция на мой ответ была такой, на какую я и рассчитывала. Отвисшие челюсти. Широко раскрытые глаза. И наконец опущенные пистолеты.
– Что насчет него? – Один из мужчин ткнул стволом в сторону Заша.
Голова нашего солдата поникла. Я перевела дыхание.
– Он был охранником в Ипатьевском доме, помог нам бежать и продолжает помогать.
Заш вскинул голову, в его глазах светилась надежда. В позе появилось облегчение.
– Он одет как большевик, – заметил один из мужчин.
– И это радует. Он гораздо меньше бросается в глаза, чем мы. – Я сложила руки на груди. – У вас есть еще вопросы, или я могу перевязать ему руку?
Мужчины опустили оружие и отступили достаточно далеко, чтобы я могла подойти к Зашу. Он выглядел озадаченным, но плохо с ним не обращались. Пуля Юровского разорвала рубашку и вспорола кожу. Мне пришлось оторвать остаток рукава и использовать его в качестве бинта. Я пыталась действовать спокойно, расслабленно, понимая, что трое мужчин пристально за нами наблюдают. Алексей просто наблюдал, в любой момент готовый нас защитить.
– Вы говорили правду, – сказал один из мужчин Алексею.
Брат вздернул подбородок.
– Я не лгу своему народу.
Столь смелого заявления из уст тринадцатилетнего мальчика оказалось достаточно, чтобы разрядить обстановку. Мужчины уселись на ящики. Только после этого сел и Алексей. Хорошо, что мы наложили на него заклинание оцепенения, иначе вряд ли кто-нибудь стал бы его слушать.
– Так кто же вы? Часть Белой армии, я полагаю? – Алексей сидел прямо, но без напряжения. Как истинный солдат. Как вожак.
Два наших собеседника, более спокойных, подчинялись тому, кто направил на меня оружие. Последний, кажется, был у них главным.
– Костя. Да, мы с белыми.
Я завязала импровизированный бинт на руке Заша.
– Спасибо, – тихонько шепнул он. Я кивнула и разгладила складку на повязке. Потом села на пол рядом с ним.
Алексей расспрашивал мужчин. Он умело обращался со словами и заставлял собеседников чувствовать себя комфортно. Я никогда не видела его с этой стороны. С тех пор как он присоединился к папе в поездках к войскам, я всегда представляла его сидящим и наблюдающим. Но не одним из тех солдат. Не командиром. Никогда бы не подумала, что у него появится такая возможность. Но вот – он был здесь, руководил незнакомцами и беседой так, словно был царем.
– Мы уже несколько дней прячемся в этом вагоне, – рассказывал Костя. – Пытаемся попасть в Пермь. Красная армия охотится на мастеров заклинаний и убивает. Наша миссия – найти их и убедить присоединиться к нам.
– Вы вкладываете серьезные силы в горстку людей, – заметил Алексей. – А что, если они откажутся присоединиться? Каковы планы Белой армии? Кто ваш командующий?
Костя пожал плечами.
– На самом деле у нас нет офицера.
– Должен быть, – вмешалась я. – Вы ведь из Екатеринбурга, не так ли? – Костя кивнул. – Где же ваш офицер? Он прислал нам план спасения, но записку перехватили большевики. Какое-то время он находился на связи с сестрами-монахинями.
Костя переводил взгляд с Алексея на меня и обратно.
– Если большевики перехватили его письмо, они, скорее всего, убили его. Мы провели в Екатеринбурге не так много времени, чтобы узнать этого офицера.
– Так… где же Белая армия?
– В Екатеринбург направили нашу дивизию. Мы имитировали нападение, чтобы бойцы Красной армии рассеялись. Затем мы разделились, чтобы отыскать мастеров заклинаний.
Значит, Белая армия и не собиралась нас спасать. Ее не было в Екатеринбурге.
– Основная масса «белых» находится на западе, – добавил Костя. – Но нам никто не отдает приказов. – Он кивнул на своих друзей. – Мы пришли, чтобы найти оставшихся мастеров заклинаний и убедить их сражаться вместе с нами против большевиков.
Заш поежился под пристальными взглядами двух других мужчин.
– Мы тоже едем на запад, – поделился Алексей. – Ищем Василия Дочкина, самого искусного мастера заклинаний в России.
Костя недоверчиво рассмеялся.
– Как его можно отыскать? Он неприкосновенен, как и члены царской династии.
Алексей поднялся на ноги и положил руку Косте на плечо.
– Я – царская особа, и все же вы ко мне прикасаетесь.
Костя крепко сжал губы, и благоговейный трепет отразился на его лице.
