Но если бы дело было только в мундире и дисциплине! По признанию профессионального офицера и будущего военного министра Александра IIД. А. Милютина, «в большей части государственных мер, принимавшихся в царствование Николая, преобладала полицейская точка зрения, то есть забота о сохранении порядка и дисциплины. Отсюда проистекали и подавление личности, и крайнее стеснение свободы во всех проявлениях жизни, в науке, искусстве, слове, печати. Даже в деле военном, которым император занимался с таким страстным увлечением, преобладала та же забота о порядке и дисциплине: гонялись не за существенным благоустройством войска, не за приспособлением его к боевому назначению, а за внешней только стройностью, за блестящим видом на парадах, педантическим соблюдением бесчисленных, мелочных формальностей, притупляющих человеческий рассудок и убивающих истинный воинский дух». Служивые вспоминали:
«Шагистику всю и фрунтовистику, как есть, поглотил целиком! Бывало, церемониальным маршем перед начальством проходишь, так все до одной жилки в теле почтение ему выражают, а о правильности темпа в шаге, о плавности поворота глаз направо, налево, о бодрости вида и говорить нечего! Идёшь это перед ротой, точно одно туловище с ногами вперёд идёт, а глаза-то так от генерала и не отрываются! Сам-то всё вперёд идёшь, а лицом-то всё на него глядишь. Со стороны посмотреть, истинно, думаю, должно было казаться, что голова на затылке. А нынче что? Ну кто нынче ухитрится ногу с носком в прямую линию горизонтально так вытянуть, что носок так тебе и выражает, что вот, мол, до последней капли крови готов за царя и Отечество живот положить!»66
Нельзя сказать, что для совершенствования вооружённых сил ничего не было сделано. Николай распорядился реформировать систему военных поселений: освободил домохозяев от строевой службы и распорядился, чтобы каждый из них содержал не двух, а одного солдата. «Учреждение о военном министерстве» 1836 года унифицировало армейские структуры — корпуса и дивизии. Государь помнил и о солдатах. Срок службы нижних чинов был сокращён с двадцати пяти до двадцати лет, а довольствие выросло: в 1849 году нормы выдачи мяса составляли 84 фунта в год (почти 100 граммов в день) на каждого солдата и 42 фунта на нестроевого. Вдвое увеличилось число госпиталей, а для похорон каждого скончавшегося рядового бесплатно давались гроб, венчик, разрешительная молитва и 2,5 аршина холста.
Страсть к армии у Николая сохранялась в течение всей жизни. Но в сфере технического прогресса Россия стала утрачивать завоёванные в XVIII веке позиции. Именно в эту эпоху произошло резкое отставание русской военной техники от западноевропейской. Войну 1812—1815 годов Россия и Франция вели одинаковым оружием, однако уже к середине века Англия и Франция обладали качественно новым паровым флотом и нарезным оружием; в России же при колоссальных расходах на армию, составлявших в мирное время 40-50 процентов бюджета, на создание новых видов оружия тратилось только три процента этой суммы.
Расширяя систему образования, государь всё же видел его именно служебной обязанностью подданного, определявшей его место в государственной машине. Учащимся всех учебных заведений также полагались мундиры. Рескрипт министру народного просвещения от 19 августа 1827 года требовал, «чтобы повсюду предметы учения и самые способы преподавания были по возможности соображаемы с будущим предназначением обучающихся, чтобы каждый вместе с здравыми, для всех общими понятиями о вере, законах и нравственности приобретал познания, наиболее для него нужные, могущие служить к улучшению его участи и, не быв ниже своего состояния, также не стремился через меру возвыситься над тем, в коем по обыкновенному течению было ему суждено оставаться».
Теми же мерами Николай I старался поднять значение Церкви. В полтора раза увеличилось жалованье приходского духовенства. Царь повелел, «чтобы во священники посвящались как из людей испытанных и доброй нравственности, так и с достаточными познаниями» (негодных и «ненадёжного поведения» лиц духовного звания брали в солдаты), и обязал преподавать в семинариях не только богословские науки, но также медицину и агрономию.
