– Вообще, идея мне нравиться, – смягчаясь, ответила девушка.
– Тогда в субботу? Во сколько за тобой зайти? – Слава решил не теряться, боясь, чтобы она не передумала.
– Ближе к обеду, в двенадцать часов мне будет удобно.
– Договорились! – он совсем повеселел и, отдав честь, направился дальше.
В назначенный день и время новоиспеченный воздыхатель нетерпеливо ожидал Аню на крыльце общежития, весело болтая с двумя офицерами. Девушка выбежала к нему летящей походкой и с улыбкой на губах. Смело взяв Славу под руку, она твердо заявила:
– Ну, ведите, товарищ экскурсовод!
– С удовольствием! – ответил он.
Аня давно так весело и беззаботно не проводила время. Со Славой было легко и свободно. Будучи ровесниками, ребята быстро нашли общий язык. Они делились друг с другом воспоминаниями прошлых лет, особенно студенческой жизни и планами на будущее.
– Как же тебя сюда занесло? – поинтересовался Слава.
– Да, сама не знаю! – честно призналась Аня. – Наверное, так сложились звезды. Ты никогда не замечал, что в самые путаные и трудные моменты жизни, кто-то неведомый, но очень справедливый, своей властной рукой направляет тебя туда, где ты должен быть именно сейчас? И тебя несет по течению в неизвестном направлении, тебе страшно, но так интересно, ведь ты даже не догадываешься, что ждет тебя впереди.
– Нет! – просто ответил ее спутник. – Я сам вершитель своей судьбы. Пообедаем? – вдруг спросил он, явно не заинтересованный в дальнейшем разговоре на столь глубокие темы. Аня, молча, согласилась, но с чувством полной неудовлетворенности. «Да, не в тот я монастырь со своими душевными излияниями!» – с досадой подумала она. Слава был веселым, жизнерадостным, обаятельным, но не более. Общение с ним было комфортным и даже интересным, но каким-то приземленным и однообразным.
После обеда Аня окончательно заскучала. Ее собеседник лил нескончаемый поток анекдотов и веселых жизненных рассказов, которые начали путаться в ее голове и складываться в один сплошной сумбур. Выдумав историю про необходимость срочно ехать в общежитие, чтобы помочь Вере Николаевне с документами, которые она почему-то взяла домой на выходные, Аня извинилась перед Славой и они отправились обратно. На крыльце общежития ее ухажер замедлил шаг и, взяв свою спутницу за руку, тихо произнес:
– Спасибо за сегодняшний день. Надеюсь, тебе понравилась прогулка и мы ее как-нибудь повторим!
«О, только не это! – подумала Аня. – Он что собирается меня поцеловать и все испортить? Первое свидание и так было не в его пользу!» Она почувствовала, как его рука становится влажной и инстинктивно поморщилась, пытаясь освободиться.
– Что-то не так? – от Славы не укрылся ее порыв.
– Нет, все замечательно! – стараясь врать как можно искреннее, ответила Аня. – Просто ногу натерла. Болит! – брякнула она и снова поморщилась на этот раз от своей «топорной» лжи.
– Как же ты пойдешь к Вере Николаевне? Она ведь живет на третьем этаже! – сочувственно произнес Слава и гордо добавил: – Я отнесу тебя!
С этими словами он подхватил ошарашенную Аню на руки и зашел в общежитие. «Да, все-таки вранье – это зло!» – кисло подумала она, будучи возносимой к площадке третьего этажа. Не успел Слава преодолеть последние ступени, как в дверном проеме показался майор Зверев собственной персоной. Новоиспеченный «лектикарий»* аккуратно поставил свою «госпожу» на пол и отдал честь. Константин окинул их равнодушным взглядом и, поздоровавшись, удалился.
– Спасибо тебе, Слава! Я побегу, а то Вера Николаевна меня, наверное, уже заждалась! Ну, пока! – немного раздраженно сказала Аня.
– До свидания! – с надеждой в голосе ответил парень и развернулся.
Аня вошла в коридор третьего этажа и, повернув за угол, остановилась, прислушиваясь к удаляющимся шагам молодого человека. «А этот-то откуда взялся? Они что все сговорились против меня? – кусая губы и переминаясь с ноги на ногу, думала она. – Нет уж, самые спокойные прогулки это с Палычем! По крайней мере, от него знаешь чего ожидать: обед, мороженое, парк!» – решила она и направилась к себе.
Перебравшись в кабинет кадровика, Аня к своему ужасу обнаружила, что теперь ее окна выходят на юг. Установилась тридцатиградусная жара, от которой прежде в кабинете Веры Николаевны ее спасали деревья и огромные кусты сирени. Теперь же в помещении царила невыносимая духота. Открытое настежь окно спасения не несло. Да еще вдобавок ко всему прочему ее рабочее место выходило окнами на учебный полигон, на котором в это время проходили занятия по боевой подготовке. Майор Зверев, давно получивший прозвище «Зверь», проводил тренировку отряда. Это было «царство Зверя», как его ласково называли в части. Зрелище, нужно признать, было эффектное и завораживающее. Несколько русских «Аполлонов» отжимались, приседали, подтягивались, снова отжимались и так по кругу бессчетное количество раз. Но самое невыносимое во всем этом для Ани был голос их командира, голос Зверя. Грудной, жесткий,
