Константин в это время подошел к столу, выдвинул второй стул справа от стола Николая Павловича, и сел.
– Что-то потеряла? – спросил Быстров. – Присаживайся. Времени у нас немного.
Аня обошла стол и выдвинула стул точно напротив Константина. «Значит война!» – подумала она и села, дерзко посмотрев на своего оппонента. Вопреки ее ожиданиям, его взгляд ничего не выражал, а потом и вовсе плавно перешел на Николая Павловича.
– Итак, Константин, познакомься. Анна Леонидовна Акимова – главный юрисконсульт 1985 части города Красноармейска и дочь моего старого друга, к сожалению, недавно покинувшего этот мир. У Анны богатый послужной список, много отличий, хотя службу она решила оставить. Работу в УВД она закончила в звании капитана и решила перейти на службу в Вооруженные силы на гражданскую должность. И для того, чтобы поставить жирную точку в своей карьере, она почему-то выбрала именно Кавказ. С сегодняшнего дня приступает к работе в должности помощника командира по правовой работе, то есть юриста нашей части. Так что прошу любить и жаловать и по возможности оказывать содействие в организации командировок. Тебе все ясно?
– Куда яснее, товарищ полковник. Вы меня хотите в «канцелярию» списать, бумажки охранять, а «желторотиков» кто на вылазках прикрывать будет? Прислали подкрепление… Больше проблем, чем помощи…
Аня никогда не слышала, чтобы кто-то даже за спиной так дерзко разговаривал с Николаем Павловичем. Она широко открытыми глазами, уставилась на Константина в ожидании того, что сейчас на него обрушиться «праведный» гнев руководства, но, к ее не скрываемому удивлению, Быстров только кашлянул и примирительно заговорил.
– Знаешь, Костя, ты прав. Мне тоже не по душе, что нам с тобой сюда присылают молодых необстрелянных сосунков, как пушечное мясо. И нам с тобой они по ночам будут сниться. Но мы солдаты и пока мы здесь, отвечаем за всех и за каждого. И выполняем приказы. Еще раз спрашиваю: задание понятно?
– Так точно, товарищ полковник! – с усмешкой в голосе ответил Константин и сквозь зубы выругался. Слов Аня не разобрала, но впоследствии узнала, что ругался он часто на фарси.
Их разговор прервал шум из приемной. Зазвонил селектор: – Николай Павлович, все собрались на совещание.
– Пусть заходят! – ответил он.
В кабинет, бурно переговариваясь, вошли пятеро офицеров и женщина в гражданке. Громко поздоровавшись, все быстро расселись, за исключением одного майора. Тот стоял в недоумении, глядя поочередно то на Аню то на Николая Павловича, в то время как со всех сторон в его адрес доносились смешки и «подколы»:
– Подсидели, Семеныч?
– На женщину променяли?
– Собирай вещи и на проводы не забудь пригласить?
Аня поняла, что эти реплики относятся и к ней непосредственно. Спокойно переведя взгляд с до сих пор неподвижного Семеныча, она обратилась к Николаю Павловичу:
– Мне пересесть, товарищ полковник?
– Это не обязательно. Александр Семенович, возьми стул в приемной. Ну, что ты растерялся?
Александра Семеновича как подбросило, он выбежал из кабинета и мигом вернулся со стулом в руках. У Ани промелькнула мысль, что из Палыча вышел бы отличный дрессировщик.
Совещание по общим вопросам проходило бурно и даже весело. После того как Николай Павлович представил всем Аню и познакомил ее с Верой Николаевной, у которой она должна была принять дела, совещание плавно перетекло в доклады и обсуждение накаляющейся обстановки на границе. Здесь свой доклад начал Константин. Ане наконец-то представилась возможность рассмотреть его, не стесняясь этого. Светлые коротко стриженные волосы, прямой красивый нос, правильный рот с чувственными губами и удивительного цвета глаза. Светло-серые, они напоминали глаза волка и смотрели с дерзкой насмешкой. И завершали эту картину два шрама: небольшой видимо от пули, задевшей по касательной правую бровь, и второй не такой глубокий, но через всю левую щеку, результат ножевого ранения. Как она их сразу не заметила? Вероятно, потому что внимание ее вновь приковал его подбородок, волевой и четкий. На широкой груди была надета форменная рубашка с закатанными рукавами, выгодно подчеркивающая его накачанные мускулы. Лишней скромностью он не отличался и не стеснялся показывать свое красивое тело. Что-то в этом мужчине было животное и опасное.
Аня старалась собраться с мыслями, чтобы не упустить ничего из его доклада, но ей это плохо удавалось. Она уткнулась в блокнот, но перед глазами до сих пор стояли его плечи и руки. Чтобы отвлечься, девушка окинула взглядом присутствовавших. Все кроме Николая Павловича, не отрываясь, смотрели на докладчика, то хмурясь, то качая головой. И только во взгляде Веры Николаевны она встретила что-то знакомое. Бог ты мой! И эта туда же! Да у вас тут что? Клуб разбитых сердец? А это его основательница?
После двух часов бурных обсуждений совещание подошло к концу. Все стали расходится.
– Анна! Принимай дела у Веры Николаевны, в конце дня зайдешь и отчитаешься! – Николай Павлович раздавал последние задания. – Константин, задержись на минуту!
