Что-то щёлкнуло позади неё. Это ударил своим бичом мистер Билль по железным прутьям клетки. Потом он спокойно открыл дверцу и очутился среди львов, трепля их гривы и говоря им что-то по-английски. Оба льва, тихо урча себе под нос, стали ластиться к укротителю, тереться головами о его ноги и, поднявшись на задние лапы, старались дотронуться мордами до его лица.
Сибирочка, забыв свой недавний страх, поражённая, глядела во все глаза на эту сцену. Голос Никса разбудил её от её задумчивости.
– Ну, что же ты? – крикнул он ей прямо в ухо и довольно грубо толкнул её вперёд.
Сибирочка тихо вскрикнула и подалась было на мгновение назад.
Но было уже поздно. Тяжёлая дверь с грохотом захлопнулась за нею.
Она вместе с Никсом и мистером Биллем очутилась в клетке Цезаря и Юноны.
Усилившееся рычание Цезаря, огромного льва с налитыми кровью глазами, возвестило о его недовольстве. Он тяжело поднялся со своего места, то есть из угла клетки, где успел улечься у ног укротителя, и направился к Сибирочке, всё ещё продолжая рычать.
Лицо девочки стало бледнее снега.
Она беспомощно оглянулась назад.
Если бы здесь был Андрюша, Сибирочка крикнула бы о помощи, и её названый брат увёл бы её отсюда.
Но Андрюши не было здесь. Он занимался с m-eur Пьеро и Робертом в своей уборной, разучивая с ними новые «штучки» и клоунские выходки, которыми надеялся потешать публику уже в конце этой недели.
– Не бойся ничего, Цезарь не тронет.
Назад, Цезарь! – крикнул мистер Билль и, прежде нежели лев исполнил его приказание, изо всей силы ударил его бичом. Цезарь с рёвом отпрянул на прежнее место и, как послушный пёс, улёгся у его ног.
Сибирочка с благодарностью взглянула на англичанина и не узнала его. Оловянные глаза мистера Билля горели, как факелы. Лицо, обычно спокойное, теперь было грозно. Казалось, в этом лице сосредоточилась вся его страшная сила, которою он властвовал над своими страшными зверями.
Когда Цезарь с глухим ворчанием улёгся у ног своего повелителя, последний приказал Никсу:
– Никки, начинай, пожалюйста, приручать к ребёнку львицу!
– Юнона, сюда! – звонким голосом крикнул Никс.
Так как старая, ужасного вида львица не слушалась его, продолжая бродить по клетке из угла в угол, мистер Билль снова пустил в ход свой бич.
Юнона сделала скачок и завыла от гнева и боли.
– Сюда, Юнона, сюда! – закричал снова Никс, и, раньше нежели львица подошла к мальчику, он неожиданно очутился у неё на спине.
– Подойди к ней и дай ей это! – приказал мальчик, бросив Сибирочке кусок сырого мяса, вынутый им из кожаной сумки, повешенной у него через плечо.
Девочка дрожащей рукой взяла кусок и сделала шаг навстречу львице.
Львица сощурила глаза и потянула носом. Потом медленным шагом приблизилась к мясу и очутилась около девочки. Её огромная пасть была широко раскрыта. Она щёлкала зубами от нетерпения получить лакомый кусок.
– Отойди в самый дальний уголок и позови её оттуда! – ещё раз скомандовал Никс, в то время как укротитель не спускал со зверя своего теперь ярко горевшего взора.
Сибирочка безмолвно повиновалась. Она вытянула руку вперёд и позвала своим нежным голоском:
– Сюда, сюда, Юнона!
Львица на этот раз изменила своей медленности и быстро подошла к девочке, всё ещё, очевидно, надеясь получить лакомый кусок. Сибирочка отбежала от неё снова в угол и ещё раз позвала оттуда зверя.
Равнодушный до этой минуты Цезарь тоже поднялся и потянулся, в свою очередь, за своей супругой.
Теперь уже Сибирочка не отступала больше, а поджидала, по приказанию мистера Билля, обоих зверей. Они медленно подползли к девочке, та протянула руку, и Юнона осторожно приняла из её маленькой ручки первый кусок.
– Погладь её и Цезаря, только не бойся и смотри им в глаза прямо и смело! – послышался новый приказ.
Сибирочка робко протянула руку и коснулась дрожащими пальчиками гривы обоих зверей, не отводя от них своего синего взора.
– На сегодня довольно! Завтрашний урок будет сложнее. А теперь ты свободна, – услышала над своим ухом голос укротителя девочка и с облегчённым вздохом вышла из клетки.
Прошёл месяц. Наступила весна. Труппа господина Шольца перекочевала из зимнего помещения в летнее, выстроенное вроде цирка, с ареной посреди зала, усыпанной рыхлым песком.
Было воскресенье. Летний театр «Развлечение» давал своё первое представление. В это первое представление Сибирочка и её друг Андрюша должны были тоже выступить впервые. На большой пёстрой афише значилось:
БЛЕСТЯЩИЙ ВЫХОД ЮНОГО, НЕОБЫЧАЙНО ОСТРОУМНОГО, ВЕСЁЛОГО И ТАЛАНТЛИВОГО КЛОУНА M-R АНДРЕ И НОВОЙ, НЕБЫВАЛО СМЕЛОЙ И НЕУСТРАШИМОЙ УКРОТИТЕЛЬНИЦЫ ЛЬВОВ РУССКОЙ ДЕВОЧКИ-МАЛЮТКИ СИБИРОЧКИ – НАСТОЯЩЕГО ЧУДА СВЕТА.
И «m-r Андре», и «чудо света» очень волновались в этот вечер.
