Уил Хадсон узнает, что его бывшая жена погибла и у него осталась семимесячная дочь, о существовании которой он не подозревал. Уил обращается за помощью к своей давней подруге Джорджии Лэнг. Их дружба проверена временем, но выдержит ли она испытание взаимным влечением?
Джорджия Лэнг с самого первого дня дружбы с Уилом Хадсоном не могла не замечать, что он — потрясающий красавец. Да и какая женщина не обратила бы внимания на такого великолепного мужчину? Но Джорджия никогда не позволяла себе даже на самую малость поддаться влечению к Уилу.
Было намного безопаснее оставаться с ним «просто друзьями», потому что женщины сами вешались ему на шею, а он, после бурного, но крат кого романа с легкостью расставался с ними. К тому же Джорджия считалась обычной девушкой — достаточно привлекательной, но вряд ли способной вскружить кому-либо голову, — то есть полной противоположностью тем гламурным особам, с которыми встречался Уил.
Очаровательные девицы появлялись в его жизни и исчезали из нее, но Джорджия и Уил, познакомившиеся еще во время учебы в университете, продолжали оставаться добрыми друзьями. Когда Уил не крутил очередной роман, они виделись чаще, и тогда Джорджия невольно задавалась вопросом, может ли быть между ними нечто большее, чем дружба. Но, боясь отказа, она не смела предложить Уилу романтические отношения. А он тоже не пытался ее соблазнить.
Все это было до краткого брака Уила. Женившись, он почти перестал общаться с друзьями, а с того момента, когда от него ушла жена, Джорджия вообще ни разу с ним не виделась. Без объяснения причин Уил больше не звонил ей, не присылал эсэмэсок, даже не соизволил поинтересоваться, как у нее дела, через страничку в соцсети. Джорджия несколько раз видела по телевизору интервью с Уилом, которого теперь называли представителем интересов молодого поколения миллионеров. Но все личные контакты с ней он порвал.
И вот буквально за несколько дней до Нового года Уил возник на пороге квартиры в Северном Сиднее, которую Джорджия снимала с двумя другими школьными учительницами. Она была настолько ошарашена, увидев его, что ухватилась за дверной косяк, чтобы не упасть. Ее сердце бешено заколотилось от восторга. Только сейчас Джорджия поняла, как скучала по Уилу.
Она уже собралась улыбнуться ему и поздравить с наступающим праздником, сказать, что переезжает, и попросить перетащить несколько тяжелых коробок с книгами, а за это он получит награду — его любимое печенье. Но Джорджия заставила себя сдержать порыв. Тот Уил, который стоял перед ней сейчас, казался ей незнакомцем. Ведь это он обращался с ней в последнее время так, как она не заслуживала, — словно и не был ее лучшим другом.
Будь в этот момент на его месте другой мужчина, Джорджия, возможно, смутилась бы оттого, что выглядит не самым лучшим образом: в шортах и видавшей виды майке, без макияжа, с растрепанными волосами. Но в присутствии Уила о своей внешности она никогда не волновалась, полагая, что он вряд ли вообще когда-нибудь замечал, что на ней надето.
Зато Джорджия всегда рассматривала Уила во все глаза. Как обычно, у нее перехватило дыхание при виде его: высокий, широкоплечий, темноволосый и темноглазый, в черных джинсах и белой футболке, подчеркивающей его спортивное телосложение.
Что он здесь делал? Почему пришел именно сейчас? Джорджия молча смотрела на Уила. Он, прищурившись, выдержал ее взгляд, а затем произнес своим глубоким звучным голосом:
— Джорджи…
Уил изменился. Прежде он всегда был ухоженным и чисто выбритым, а теперь его подбородок покрыт щетиной, а темные волосы, которые давно пора было подстричь, падают на лоб. Лучики тонких морщин разбегались от внешних уголков глаз цвета шоколада. Уил был всего на год старше Джорджии, но казался каким-то… измученным.
«Возможно, это плата за то, что ты сумел так быстро заработать кучу денег, заодно посчитав, что перерос своих старых друзей», — цинично подумала Джорджия.
— Прошло два года, — сказала она, и в ее голосе невольно прозвучал упрек, хотя прежде их общение всегда было наполнено смехом и добродушным поддразниванием.
Когда шесть лет назад Уил влюбился, он просто забыл о существовании Джорджии, словно прежде она была ему опорой, а в новой жизни стала бесполезна. Джорджия не могла притвориться, что это не имеет значения.
— Извини, что так долго не вспоминал о тебе, Джорджи, — ответил он.
— Ты ведь знаешь, чья это вина.
— Моя, знаю. И сожалею об этом.
— Тем не менее ты заявился ко мне.
Прежде, когда Уил улыбался, на его левой щеке возникала небольшая ямочка, которая всегда так нравилась Джорджии. Но сейчас он не улыбался. И она тоже.
Будучи столь близкими друзьями, они не раз шутили, что умеют читать мысли друг друга. Джорджия видела по его глазам, что Уил понимает: он причинил ей боль тем, что забыл ее. Она не собиралась его прощать. Но Уил зачем-то пришел. Нужно хотя бы выслушать его.
— Мне необходима твоя помощь, — заявил он хриплым голосом, и было заметно, каких усилий стоили ему эти слова.
Услышав их раньше, Джорджия — та, старая добрая Джорджия — немедленно бы вскинулась, спросила, что может для него сделать, отменила бы все свои срочные дела. Но теперь она осталась стоять неподвижно на пороге.
— Я слышала, что ты развелся со своей женой.
