Елена с мужем и пожилой мамой переехали из комфортной квартиры в дачный посёлок, на окраину Тюмени. С чем столкнутся женщины этой семьи, что их ждёт: тихое семейное счастье или разочарование. Кому можно доверять и в каком возрасте тебя ждёт счастье? Всё это узнаете из этой короткой, но жизненной истории. Рассказ посвящаю своему родному Тюменскому району, в честь его столетия.
– Ну что, мать?! Нравится тебе здесь? Всё ради тебя! Воздух, природа..
– Да, да… Ради меня. И до магазина десять километров. И автобус здесь не частый гость. Романтика, чего уж! – когда-то красивая и властная женщина изогнув губы в недовольной ухмылке, рассматривала новую жилплощадь.
Забор чуть завалился на соседний участок. В конце огорода из-за крапивы и конопли торчал, источенный дождями и жуками, деревянный домик-туалет. Он как будто смотрел на новых жильцов единственным глазом-окошком и просил о помощи, размышлял на что они способны, чем смогут ему помочь.
– Да уж. Из просторной трёшки в центре города приехать вот сюда? В район, на дачи… Удивили, на старости лет, нечего сказать, – Лидия Львовна навалилась на трость всем телом так, что та почти на треть ушла в чернозём.
– Эх, провались земля и небо, мы на кочке проживём! Не боись, будем жить-припевать! – зять хлопнул ладонями и направился к крыльцу, раскручивая на пальце ключ.
Домик был маленький, но в два этажа. Три комнаты и кухня. Из удобств – неработающий водопровод и подгнившая баня. Жилых домов на улице больше не было, лишь маленькие пристанища дачников. Грунтовая дорога разбита, сразу понятно, что и без помощи дождя будет затруднительно ходить.
Обойдя свои новые владения, Лидия Львовна зашла в дом. От прошлого жильца осталась электрическая плитка в две конфорки, кухонный уголок и старая посуда.
– Миша, воды-то в доме нет, так получается?
– Скважина есть, но нужно кое-что доделать, чтоб бежала в доме. Сейчас из колодца принесу. А ты что, мать, делать собралась? – мужичок натянул трико до рёбер и шмыгнул носом.
– Принеси воды, да сходи до магазина, я его видела по дороге, купи пельменей. Сейчас Лена приедет, поедим. А то с раннего утра в заботах – Лидия посмотрела на зятька, он был ей неприятен, а его привычка подтягивать штаны повыше – просто омерзительной.
Михаил шмыгнув носом, в развалочку пошёл к выходу. На улице пахло свежескошенной травой, вдали шумела электрокоса. Мужчина пошёл искать магазин. По пути заглядывал на участки, но заборы были высокими. Приходилось оценивать хозяев по их ограждениям.
– Ну что, мам? Как тебе здесь, нравится? – щёки женщины зарозовели, ответ она знала. Елена отвела взгляд, чтоб не встретить глаза матери. И сделала вид, что разглядывает стены.
– Главное, чтоб у тебя всё было хорошо. И у Ольки тоже. Для меня это важнее, дочь. Кстати, когда твой муженёк займется делом. Вы ж, вроде, ради бизнеса переезд затеяли? Деньги-то у тебя или этому доверила?
– Тише, мам, услышит – обидится. Пока всё до осени откладывается, тяжело магазин открыть, крупные сети и то не выдерживают ограничений. Просчитались мы, поторопились, но ничего. Ведь мы не потеряли. Вон какая красота здесь, воздух не то что в городе и тишина, аж уши болят.
– Всё понятно, всё понятно. Кто ж знал, что такое произойдёт. Это я про вирус этот. Удивительное время переживаем. Ладно, пошли спать. День тяжёлый был, да и завтрашний не легче. Мишка косолапый-то твой, и впрямь косолапый. Ничего ведь толком сделать не может. Всё сикесь-накись. Жаль, отца твоего нет. Он бы быстро всё наладил.
Женщины разошлись за полночь. Лидия долго ворочалась, больное колено напоминало, что его так использовать уже нельзя. Да и мысли о переезде и предстоящей загородной жизни не давали расслабиться.
Елена поднялась на второй этаж, муж храпел словно носорог. Она подошла, потыкала его в бок. Михаил перевернулся и храп прекратился. Женщина открыла окно, в комнату ворвался свежий ветерок и жужжание комаров.
За огородными заботами, лето сменила осень. Женщины садили, пололи, поливали, пасынковали, собирали урожай. Городские дамы за один дачный сезон превратились в селянок. Фрэнч сменили земляные и зелёные оттенки естественных красителей.
Тёплыми вечерами, зажигая спирали от комаров, вся семья садилась ужинать на улице. После еды любовались Тюменскими закатами. Здесь, за городом, вид не загораживали высотки, автомобили не шумели и не подсвечивали фарами улицы. Можно подолгу разглядывать нежные переливы оранжевых, персиковых и розовых оттенков заходящего светила.
Наконец все уличные работы закончились, урожай собран, закатан по банкам и убран на полки ждать зиму. Дачники разъехались по тёплым квартирам, побросав кошек и собак на пустующих улочках. Ветер стал резче и холоднее, листья покинули деревья. А с первыми заморозками вода покинула трубы дома.
– Мишенька, почему воды снова в доме нет? – Елена бросила кружку в мойку и повернулась к мужу. – Ну ладно, летом мы на улице посуду мыли. Сейчас-то руки леденеют. И вообще, ты обещал доделать водопровод. Ты обещал, что мы не будем таскаться с ведром. Ты за лето даже перила на второй этаж не установил, хотя они ещё от прошлого хозяина остались. И, кстати, что по магазину? Ты деньги в банк положил, какая у нас сумма?
– Ой-ой, что это ты сердитая такая? Всё сделаю, милая. Пойдём, пропустим по стаканчику, поговорим. А посуду позже вымоешь или вон, тёща помоет.
