Бретт вопросительно посмотрел на Кэролайн, и она согласно кивнула.
— В последний раз, — сказала она, подумав о том, как Джеку не хватает отца. Чтобы побороться с ним. Поговорить по-мужски. Посмотреть на него снизу вверх.
Бретт подкинул повизгивающего от восторга Джека, поставил его на пол, потрепал по взъерошенным волосам и хлопнул по попке.
— Ну все, парень. Иди смотри телик или займись чем-нибудь. У нас с мамой страшно важная встреча. — Потом он подмигнул Джеку и протянул ему толстый конверт. — А это фотки и рекламный видеофильм, которые я обещал.
Открыв конверт, Джек аж подпрыгнул от радости, увидев фотографии своих любимых игроков с автографами и видеокассету с хроникой самых удачных бросков звезды бейсбола, третьего бейсмена Бретта Хааса. Бретт чмокнул его в макушку и отправил к Селме, которая как раз пришла за ним из своей квартиры.
— Мы придем поздно, — сказала ей Кэролайн, представив Бретта, который произвел на крестную мать и няньку Джека самое неизгладимое впечатление, присвистнув по поводу неотразимости ее ножек.
Бретт вырулил из двора высотного дома, где жили Кэролайн, Джек и Селма, и вместо того, чтобы ехать на восток, в сторону Палм-Бич и «Брэйкерса», направил свой «линкольн», взятый напрокат, на запад.
— Куда мы едем? — спросила Кэролайн, оглядываясь. — Нам надо совсем в другую сторону.
— Заберем Регги. Он все еще у мамы, если ты помнишь.
Кэролайн кивнула.
— А где живет его мать?
— В Хоуб-Саунд.
— Хоуб-Саунд? Это же целый час езды отсюда!
— И что из этого? Вечер начнется не раньше семи. Мы прибудем в восемь и произведем фурор. Все равно вечеринки никогда не начинаются по-настоящему, пока не появляюсь я.
Кэролайн покачала головой.
— Не пойму, где ты черпаешь столько самовлюбленности, — сказала она, одновременно удивляясь себе, что согласилась поехать с этим сумасшедшим. Теперь оставалось только надеяться, что они не слишком опоздают на вечер, ведь Франческа так рассчитывала на нее…
— Самовлюбленности? Дорогая, да ты еще не знаешь и сотой доли, чего я стою. — Бретт включил приемник и стал подпевать песням тридцатых, которые как раз транслировали по радио.
Они уже ехали целую вечность, когда Кэролайн наконец спросила, знает ли он дорогу.
— А как же! — воскликнул Бретт, не переставая петь, потом полез в карман пиджака, достал скомканный лист бумаги и передал ей.
— Что это такое? — спросила Кэролайн, пытаясь разгладить его.
— Описание, как ехать к мамаше Регги.
— И ты только теперь показываешь его мне! — Кэролайн попыталась прочесть, что там было написано. Такой почерк можно было увидеть только на загадочных рецептах, выписанных врачом поликлиники. Из всего Кэролайн смогла определить лишь буквы «с», «внс» и «ст».
— А ты уверена, что это «с»? — ехидно спросил Бретт, когда она показала ему буквы.
— Совсем не уверена, — ответила Кэролайн, до которой дошло, что Бретт, уроженец Джорджии, а не Флориды, не имеет ни малейшего представления, где они находятся.
— Может, это вообще «е», — сказал он. — Я помню, что Регги что-то говорил о том, что надо повернуть на восток.
— Почему тогда мы не остановились на заправке и не спросили, куда нам ехать? — Кэролайн просто бесило его упрямство.
Бретт посмотрел на нее так, будто она только что предложила ему сделать удар при занятых базах.
— Но ведь мы заблудились, согласись, — сказала Кэролайн, которая совершенно не узнавала улиц, по которым они ехали, несмотря на то что всю жизнь прожила во Флориде.
— Да не суетись ты, лапочка. — Бретт улыбнулся. — Дом мамаши Регги должен быть где-то здесь неподалеку.
— Но все равно, почему бы нам не остановиться и не спросить дорогу? — сказала Кэролайн, стараясь изо всех сил не показывать, что ее оскорбляют его манеры. — Или ты слишком горд своими мужскими достоинствами, чтобы просить о помощи?
Бретт открыл окно, высунулся и заорал во все горло:
— Помогите! Спасите! У меня в машине девушка, которую я никак не могу расшевелить!
Кэролайн невольно рассмеялась. Да, он сумасшедший. Совершенно сумасшедший. У него совершенно отсутствуют тормоза, и он делает и говорит все, что хочет. Высказывает любые пришедшие в голову мысли, проявляет любые эмоции, невзирая на лица. Кэролайн по-своему завидовала ему, потому что этот тип явно был больше в ладу сам с собой, чем она.
Прошло еще десять минут бессмысленных поворотов и тупиков. Бретт все клялся, что знает, куда они едут, а Кэролайн говорила, что они никогда уже не попадут на вечер Франчески. В конце концов они оказались на пустынной дороге, где вдали виднелась всего одна заброшенная ферма и которую освещал лишь свет звезд.
Бретт вырулил на обочину, резко нажал на тормоза, и «линкольн» остановился, отчего Кэролайн бросило вперед. Бретт выключил зажигание.
— И что ты теперь собираешься делать? — спросила Кэролайн, у которой уже не оставалось никакого сомнения, что они никогда не попадут к матери Регги Бэлларда, не говоря уже о «Брэйкерсе».
— Как видишь, я остановил машину. Мы заблудились. — Бретт пожал плечами.
— Наконец-то ты это признал! — воскликнула Кэролайн.
